Собрание сочинений Георга Брандеса. Том XIX. Россия. Наблюдения и размышления. Литературные впечатления, Книжник И., Год: 1913

Время на прочтение: 3 минут(ы)

Собраніе сочиненій Георга Брандеса. Томъ XIX. Россія. Наблюденія и размышленія. Литературныя впечатлнія. СПБ. 1918. Стр. 325. Цна 75 коп.

26 лтъ тому назадъ Георгъ Брандесъ былъ приглашенъ союзомъ русскихъ писателей въ Петербургъ для прочтенія нсколькихъ лекцій на французскомъ язык. Тогда же попечитель московскаго университета графъ Капнистъ пригласилъ Брандеса для той же цли въ Москву. Посл чтенія лекцій знаменитый датскій критикъ прожилъ нкоторое время въ деревн въ средней Россіи, былъ въ Смоленск и Варшав, и въ общемъ провелъ въ Россіи четыре мсяца. Въ теченіе этого времени онъ знакомился съ представителями различныхъ народностей и разныхъ классовъ Россіи и имлъ возможность сопоставить о ней свднія изъ книгъ о Россіи съ личными впечатлніями. Въ итог всего этого онъ написалъ названную здсь книгу. Только три послднія статьи въ ней о Горькомъ, Чехов и Мережковскомъ написаны сравнительно недавно, въ 1902—1904 г.г.
Для насъ, русскихъ, эта книга о Россіи любопытна прежде всего, какъ документъ. Интересно, въ самомъ дл, знать, что думаютъ о насъ замчательные иностранцы, врод Брандеса. Надо отмтить при этомъ, что Брандесъ — еврей, и на-дняхъ, когда онъ долженъ былъ вновь пріхать въ Россію для чтенія лекцій, възды въ нее былъ ему воспрещенъ. То, что дозволялось при Александр III, въ эпоху злйшей реакціи, воспрещено теперь, при Государственной Дум и конституціи! Тмъ боле любопытно отмтить, что думаетъ о насъ этотъ опасный иностранецъ.
‘Въ умственной области’,— пишетъ Брандесъ,— ‘русскіе часто поражаютъ тмъ реализмомъ, тмъ чутьемъ дйствительности, которое обратило ихъ въ великій народъ и оказалось столь же побдоноснымъ въ жизненной борьб. Повидимому, именно это качество доставило русскимъ преобладаніе надъ всми другими племенами государства’ (стр. 23). Брандесъ подчеркиваетъ, что въ основ русской натуры лежитъ ‘ужасъ передъ лицемріемъ’, ‘широкая натура безъ мелочности, безъ узости, безъ лукавства’ (стр. 25). Подмтилъ также Брандесъ ‘способность русскаго ума къ отраженію и къ отзвуку, способность приспособляться къ чужому и приспособить чужое къ себ’. ‘Они (русскіе) радикалы во воемъ, въ вр и невріи, въ любви и ненависти, въ подчиненіи и возстаніи’ (стр. 26). ‘Въ дарованіяхъ этого народа, столь противоположнаго англійскому, господствующую роль играетъ способность давать себя оплодотворять, умственная гибкость’ (стр. 28). ‘Хотя русскіе храбрый народъ, въ высшей степени стойкій на войн, они въ то же время самый мирный, самый невоинственный народъ въ мір’… ‘Даже то обстоятельство, что русскія натуры лежали подъ спудомъ въ теченіе цлыхъ столтій, только усугубило ихъ богатство’ (стр. 30 и 36). Говоря о русской женщин, Брандесъ подчеркиваетъ, что ‘статистически установлено, что ежегодно дв тысячи женщинъ по собственному побужденію сопровождаютъ ссыльныхъ въ Сибирь на каторжныя работы’ (стр. 44).
Въ остальномъ своемъ содержаніи книга Брандеса представляетъ собою краткую исторію русской литературы, которая не можетъ, конечно, ни по глубин анализа, ни по обстоятельности изложенія сравниваться съ трудами въ этой области русскихъ критиковъ, но все же любопытна, какъ мнніе иностранца, безпристрастно судящаго со стороны. Отмтимъ и здсь лишь нкоторыя Лета. ‘Горькій — писатель описательный и психологъ, а не представитель извстной идеи или извстной формы творчества’ (стр. 289). Въ Мережковскомъ Брандесъ отмчаетъ ‘тонкое и ученое знаніе древности’, ‘запутанное міросозерцаніе’, ‘романтическій націонализмъ’. ‘Мережковскій при всей своей модернистской вншности дйствуетъ на европейскаго читателя, какъ авторъ, до того пропитанный византійскимъ христіанствомъ), что его образъ мышленія и чувствованія, даже его художественные пріемы кажутся порожденными греко-каолическимъ православіемъ. И подчасъ даже невтерпежъ становится пробираться сквозь дебри его критики’ (стр. 320).
Въ заключеніе, отмтимъ мнніе о русскихъ писателяхъ, составившееся у Брандеса 25 лтъ тому назадъ: ‘Если мы оставимъ въ сторон нсколькихъ наиболе выдающихся писателей, то относительно другихъ, какъ) старшихъ, такъ и младшихъ, можно сказать слдующее: они вс обнаруживаютъ склонность къ пьянству, небрежность относительно веденія своихъ денежныхъ длъ, недостатокъ основательнаго образованія и грустное настроеніе, соединяющееся съ отсутствіемъ энергіи. Нкоторые изъ нихъ въ сущности совершенно погублены бездомною жизнью’ (стр. 92—93). Измнилось ли положеніе большинства русскихъ писателей теперь? Врядъ ли.
Въ итог скажемъ: любопытная книга, гд мы можемъ проврить наши собственныя мннія о русскомъ характер и о русской литератур. Даже тамъ, гд мы не соглашаемся съ Брандесомъ, мы съ интересомъ узнаемъ его мнніе. Книга любопытна еще потому, что авторъ ея любитъ Россію, любитъ ея передовые элементы и въ послдніе годы доказывалъ неоднократно свою готовность помочь со стороны ихъ дятельности на благо Россіи.

И. Книжникъ.

‘Современникъ’ Кн. XI. 1913 г.

Прочитали? Поделиться с друзьями:
Электронная библиотека