Козлов И. И.: биобиблиографическая справка, Козлов Иван Иванович, Год: 1990

Время на прочтение: 4 минут(ы)
КОЗЛОВ, Иван Иванович [11(22).IV.1779, Москва — 30.I(11.II).1840 Петербург] — поэт и переводчик. Родился и воспитывался в старинной и знатной дворянской семье. Когда К. исполнилось пять лет, его зачислили в лейб-гвардии Измайловский полк сержантом. В 16 лет он служил в том же полку прапорщиком, а через два года был произведен в подпоручики. В 1798 г., блестящий офицер, необыкновенный красавец и великолепный танцор, он внезапно вышел в отставку и поступил в канцелярию московского генерал-губернатора. Романтически настроенный юноша поражал современников начитанностью, знанием языков (французским и итальянским он овладел в детстве, а позднее выучил немецкий и английский), литературной образованностью. Его приметил Жуковский и познакомил с Пушкиным, Вяземским и бр. Тургеневыми.
Отечественная война 1812 г. потребовала участия в ней К., он стал одним из организаторов обороны Москвы и состоял в Комитете, который ведал собиранием московской военной силы. В 1813 г. К. переехал в Петербург и служил в департаменте государственных имуществ. Перед ним открылась чиновная карьера, сулившая продвижение по бюрократической лестнице, награды и материальную обеспеченность. Неожиданно все рухнуло: в 1818 г. его приковал к постели паралич, а вскоре на долю К. выпало еще одно тяжкое испытание — он стал слепнуть и в 1821 г. окончательно потерял зрение.
Дремавший в нем поэтический талант проявился в переводах, а затем и в оригинальных произведениях. Еще до окончательной потери зрения К. сблизился с людьми декабристского круга и молодыми романтиками. Он восторженно принял европейский и русский романтизм. Байрон остается его кумиром. Сначала К. перевел ‘Абидосскую невесту’ на французский язык (перевод не сохранился), а затем (спустя шесть лет, в 1825 г.) и на русский язык. Вольнолюбивая настроенность характерна и для стихотворений ‘Пленный грек в темнице’, ‘Байрон’, написанных в первой половине 20 гг. К. становится известным благодаря многочисленным элегиям, романсам, переводам. Литературные и общественные связи К. ширятся: в доме поэта бывают Пушкин и Жуковский, Вяземский и Крылов, Грибоедов и Рылеев, Кюхельбекер и Гнедич, Дельвиг и Баратынский, Адам Мицкевич и Тютчев, Зинаида Волконская и Даргомыжский, а впоследствии Лермонтов. Их притягивала к пораженному недугом поэту его человеческая значительность, сила его дарования и упрямое сопротивление несчастьям, которые К. побеждал неустанным творческим трудом. Беседы с ним, вспоминают современники, были всегда увлекательны и полезны. К. превосходно знал европейскую поэзию, обладал светлым умом и прекрасной памятью. Он сочувствовал новым поэтическим веяниям.
Творчество К. началось в период расцвета русского романтизма и закончилось в то время, когда романтизм стал терять завоеванные им позиции. Эволюция русского романтического движения своеобразно преломилась в поэзии К. Личная судьба поэта вписалась в насыщенную общественным содержанием поэзию, наполненную глубокой печалью и скорбью о разочарованной и страдающей человеческой душе, устремленной к свободе и жаждущей исцеления от душевных ран. В поэзии К. совместились его собственная горестная участь и грустный удел современного ему человека, надежда на чудесное физическое выздоровление и мечта о совершенном мире, где обитают радость и счастье. Сплав этих переживаний актуализировал в творчестве К. два начала — религиозную мечтательность, отчасти роднящую поэта с его учителем Жуковским, и стойкое противостояние жизненным невзгодам, упорное и даже героическое сопротивление бедствиям — переживания, которые отличают К. от его наставника. В 20 гг. на первый план выдвинулся мотив преодоления страданий, в 30 гг.— религиозные ноты и настроения.
Когда декабристское вольнолюбие шло на подъем, К. славил человека, смело идущего в бой и приносящего себя в жертву. В эту пору К. черпает силы в переживаниях природы, в творческом акте, в гражданском долге, в дружестве. Он воодушевляется идеей создать русскую национальную романтическую поэму, обращается к истории, и в его воображении возникают образы древнерусской литературы. Итогом этих поэтических раздумий явились переводы из ‘Слова о полку Игореве’ (‘Плач Ярославны’, 1825), поэмы ‘Чернец’ (1824) и ‘Княгиня Наталья Борисовна Долгорукая’ (1824—1827).
В поэме ‘Чернец’ К. изобразил юношу, всем сердцем устремленного к счастью. Ради любви он вступает в борьбу с жизненными препятствиями, но не может их одолеть. Содержанием поэмы стали противоречивые переживания героя: рожденный для добра, он становится убийцей обидчика. В нем борются и сосуществуют полярные чувства. Углубив психологическую мотивировку разноречивых страстей, К. сделал важный шаг в развитии русской романтической поэмы от Пушкина к Лермонтову.
Вольнолюбивые настроения начала -20 гг. отразились и в переводах К., избиравшего мужественные, славящие молодость, силу духа и доблесть оригинальные произведения. Таковы ‘Фея Моргана к Оливьеру’ (перевод из поэмы Мильвуа, 1822), ‘Романс’ (‘Есть тихая роща у быстрых ключей…’ — вольный перевод из поэмы Т. Мура, 1823), ‘Молодой певец’ (перевод стихотворения Т. Мура, 1823), ‘Добрая ночь’ (перевод отрывка из поэмы Байрона, 1824). Самое известное среди этих произведений — ‘На погребение английского генерала сира Джона Мура’ (перевод стихотворения Ч. Вольфа, 1828). Энергия и упругость ритма чеканных строф стихотворения сделали его образцом переводческого искусства и фактом русской поэтической культуры.
После разгрома восстания декабристов в поэзию К. проникают пессимистические и религиозные настроения. Углубляются и мотивы трагического одиночества, вызванные потерей друзей и разлукой с ними. К. удалось выразительно передать эти переживания, чрезвычайно характерные для общей атмосферы и для сознания передовых людей конца 20 — начала 30 гг. Наиболее полно настроения щемящего и безысходного одиночества К. передал в стихотворении ‘Вечерний звон’ (перевод из Т. Мура, 1827). Хотя лирика К. окрашена в цвет печали, в ней явственно ощутимы и другие краски. Поэт не поддается напору обстоятельств, он не сгибается под тяжестью физических и душевных страданий, сохраняя любовь к жизни, природе, искусству и мужество духа. Знаменательно, что К. находит возвышенный романтический идеал в безыскусственных образах простых людей, в чистоте их нравственности, в крестьянском труде и быте. В оригинальном творчестве К. 30 гг. народная тема становится одной из заметных (‘Умирающий гайдук’, ‘Обманутое сердце’, ‘Тревожное раздумье’, ‘Песня’). Именно этими сторонами обворожила его поэзия Р. Бернса, с которой он первым познакомил русского читателя. Чувством полноты жизни, тонким переживанием природы отмечены и переводы ‘Крымских сонетов Адама Мицкевича’ (1828).
Новые лиро-эпические произведения К., созданные во второй половине 20 и в 30 гг. (‘Венгерский лес’, 1826—1827, ‘Безумная’, 1830, и др.), лишаются психологической конкретности. В них господствуют абстрактные романтические чувства, а драматизм подменяется искусственной риторикой и театральными эффектами. В поздних балладах усиливается таинственность, широко используются образы средневековой романтики. Поэт остро ощущает непрочность и катастрофичность мира, а его героев всюду подстерегают несчастья или гибель.
И все же К. не покидают глубокое лирическое чувство нежной скорби по утраченному счастью, мечта о содержательной, наполненной высокими духовными впечатлениями жизни и волевая энергия в споре с общественными преградами и личными невзгодами. Вплоть до самой смерти К. не потерял интереса к общественно-литературным событиям в России и в Европе. Он откликнулся на национально-освободительное движение в Италии, внимательно следил за новой русской и европейской литературой.
Оригинальные и переводные произведения К. прочно вошли в музыкальный быт и в народный песенный репертуар (‘Романс’, 1823, ‘Венецианская ночь’, 1825, ‘Вечерний звон’, 1827, ‘Португальская песня’, 1828, и др.).
Соч.: Стихотворения.— Спб., 1828, Собр. стихотв.: В 2 ч.— Спб. 1833, Собр. стихотв., В 2 ч.— Спб. 1834, Собр. стихотв.. В 2 ч.— Спб., 1840, Полн. собр. стихотв. / Вступ. ст. И. Д. Гликмана.— Л., 1960.
Лит.: Белинский В. Г. Собр. стихотв. Ивана Козлова // Полн. собр. соч.— М., 1954.— Т. V.— С. 58—79, Афанасьев В. Жизнь и лира: Художественно-документальная книга о поэте Иване Козлове.— М., 1977.

В. И. Коровин

Источник: ‘Русские писатели’. Биобиблиографический словарь.
Том 1. А—Л. Под редакцией П. А. Николаева.
М., ‘Просвещение’, 1990
Прочитали? Поделиться с друзьями:
Электронная библиотека