Справка из дела о знаменитой поствке говядины, Твен Марк, Год: 1870

Время на прочтение: 9 минут(ы)

СОБРАНІЕ СОЧИНЕНІЙ
МАРКА ТВЭНА
ТОМЪ ПЕРВЫЙ.
ЮМОРИСТИЧЕСКІЕ ОЧЕРКИ и РАЗСКАЗЫ.

С.-ПЕТЕРБУРГЪ.
Типографія братьевъ Пантелеевыхъ, Верейская, No 1
1896.

Переводъ В. О. T.
http://az.lib.ru

СПРАВКА ИЗЪ ДЛА О ЗНАМЕНИТОЙ ПОСТАВК ГОВЯДИНЫ.

Я хотлъ бы въ немногихъ, по возможности, словахъ ознакомить моихъ согражданъ съ тмъ, хотя и незначительнымъ участіемъ, которое я лично принималъ въ этомъ дл, — дл, такъ живо интересовавшемъ всю публику, породившемъ столько негодованія и заполнившемъ газеты стараго и новаго свта такимъ множествомъ неразршенныхъ запросовъ и преувеличенныхъ сообщеній.
Происхожденіе этой печальной исторіи было слдующее (при этомъ я беру на себя ручательство, что каждый изъ ниже изложенныхъ фактовъ можетъ быть подтвержденъ въ слабомъ отношеніи формальной правительственной справкой).
Нын умершій Джонъ Вильсонъ Мэкензи изъ Роттердама, въ графств Эгсмунгъ, въ Ньюджерсе, приблизительно около 10 октября 1861 г. заключилъ съ правительствомъ контрактъ о поставк генералу Сермену 30 бочекъ говядины.
Очень хорошо.
Онъ отправился съ этой говядиной къ генералу Сермену, но, ко времени прибытія его въ Вашингтонъ, Серменъ уже отбылъ въ Манассу. Захвативъ съ собой говядину, онъ направился туда вслдъ за нимъ, но прибылъ слишкомъ поздно. Отсюда онъ пустился въ догонку за генераломъ въ Нэсвилль, — изъ Нэсвилля въ Гатакугу, — изъ Гатакуги въ Атланту, — но нигд онъ не могъ его настичь. Изъ Атланты онъ отправился дале, неустанно слдуя все время за арміей Сермена до самаго моря. Но и сюда онъ прибылъ на нсколько дней позже, а потому, узнавъ, что Серменъ отплылъ на ‘Quaker-City’ въ Святую Землю, направился въ Бейрутъ, разсчитывая догнать его на своемъ пароход. По прибытіи его вмст съ говядиной въ Іерусалимъ, оказалось, что Серменъ направился вовсе не на ‘Quaker-City’, а ушелъ въ преріи для усмиренія индйцевъ. Тогда онъ вернулся обратно въ Америку и направился въ горы. Продлавъ тяжелый 68-ми дневный путь по преріямъ, на разстояніи всего 4-хъ англійскихъ миль отъ главной квартиры Сермена, онъ былъ, наконецъ, убитъ томагавкомъ и оскальпированъ индйцами, забравшими себ его говядину. Они воспользовались всмъ, кром одной единственной бочки. Эта послдняя была отбита у нихъ частью Серменской арміи, — и, такимъ образомъ, отважный путешественникъ даже посл смерти выполнилъ, хоть въ въ которой дол, заключенный съ нимъ контракть. Этотъ контрактъ онъ оставилъ по завщанію, которое было написано въ форм дневника, въ наслдство своему сыну Вароломею Вильсону.
Вароломей Вяльсонъ составилъ слдующій счетъ и вскор затмъ умеръ.

СЧЕТЪ

‘Соединеннымъ Штатамъ отъ покойнаго Джона Вильсона Мэкензи изъ Ньюіерсея’.
За 30 бочекъ говядины для генерала Сермена, по 100 долларовъ — 3,000 долларовъ.
за доставку и путевыя издержки — 14,000 ‘
Итого — 17,000 долларовъ.
По довренности сполна получилъ.

——

Посл этого, какъ уже сказано, онъ умеръ. Контрактъ онъ оставилъ въ наслдство Вилліаму I. Мартину, который пытался предъявить означенный счетъ по принадлежности. Но прежде чмъ достигъ этого, умеръ, оставивъ документъ Баркеру I. Аллену, который тоже, въ свою очередь, пытался получить по счету. Но и онъ не усплъ дожить до этого. Баркеръ I. Алленъ завщалъ контрактъ и счетъ Ансону Г. Роджерсу, который сдлалъ нсколько попытокъ получить деньги и достигъ уже отдленія девятаго аудитора, когда неожиданно появившаяся смерть, этотъ великій людской примиритель, оборвала его дальнйшія стремленія. Онъ оставилъ счетъ своему родственнику въ Коннектикут, по имени Бенжеансу Гонкинсу, который прожилъ 4 недли и 2 дня, употребивъ это время съ большой для себя пользой и почти достигнувъ уже 12-го аудитора. Онъ оставилъ по завщанію контрактъ вмст со счетомъ своему дяди, по имени Возра-Дуйся-Джонсонъ. Но и для Возра-Дуйся наслдство это оказалось непосильнымъ. Послднія слова его были: ‘не плачьте обо мн: я съ удовольствіемъ ухожу на тотъ свтъ…’ И дйствительно, бдный малый ушелъ туда съ удовольствіемъ. Посл этого контрактъ переходилъ въ руки еще 7 лицъ, которыя также вс умерли. Въ конц концовъ онъ попалъ въ мои руки. Достался онъ мн посл моего родственника, по имени Губбардъ, — Веніаминъ Губбардъ изъ Индіаны. Онъ долгое время питалъ ко мн ненависть, но въ послднія минуты призвалъ къ себ, простивъ мн все и, рыдая, подарилъ контрактъ и счетъ.
На этомъ заканчивается предварительная исторія этихъ документовъ до момента перехода ихъ въ мою собственность. А теперь я желалъ бы чистосердечно выяснить предъ лицомъ націи все, касающееся моего участія въ этомъ дл. Я началъ съ того, что отправился съ контрактомъ о поставк говядины и со счетомъ за путевыя издержки къ президенту Соединенныхъ Штатовъ.
— Чмъ могу служить вамъ, милостивый государь? — спросилъ онъ.
Я отвтилъ: ‘Сэръ! Около 10 октября 1861 г. нын умершій Джонъ Вильсонъ Мэкензи изъ Ротгердама, въ графств Эгемунгъ, въ Ньюджерсе, заключилъ съ правительствомъ контрактъ о поставк генералу Сермену 30 бочекъ говядины’. Но здсь онъ перебилъ меня и распрощался очень любезно и вполн опредленно.
На слдующій день я постилъ государственнаго секретаря.
— Ну-съ, м. г.?— сказалъ онъ.
Я отвтилъ:
— Ваша свтлость! Около 10 октября 1861 г. нын умершій Джонъ Вильнонъ Мэкензи изъ Роттердама, въ графств Эгемунгъ, въ Ньюджерсе, заключилъ съ правительствомъ контрактъ о поставк генералу Сермену 30 бочекъ говядины…
— Довольно, м. г., довольно: мн нтъ никакого дла до контракта о поставк говядины…
Меня попросили о выход.
Серьезно обсудивъ дло, я на слдующій день отправился къ морскому министру, который сказалъ:
— Изложите поскорй вашу просьбу, — потрудитесь меня не задерживать…
Я началъ такъ:
— Ваша свтлость! Около 10 октября 1861 г., нын умершій Джонъ Вильсонъ Мекэнзи изъ Роттердама, въ графств Эгемунгъ въ Ньюджерсе, заключилъ съ правительствомъ контрактъ о поставк генералу Сермену 30 бочекъ говядины… .
До этого пункта я могъ изложить мое дло, но дале оказалось, что и морскому министру нтъ никакого дла до контракта о поставк говядины для генерала Сермена. Однако, это весьма курьезное правительство, начиналъ я раздумывать самъ съ собой! Разв это не похоже на то, что за говядину вовсе не хотятъ заплатить?
На слдующій день я отправился къ министру внутреннихъ длъ.
Я началъ:
— Ваша свтлость! Около 10 октября…
— Довольно, довольно, м. г.! Я уже про васъ слышалъ. Можете удалиться отсюда вмст съ вашимъ пресловутымъ контрактомъ о поставк говядины. Министерство внутреннихъ длъ вовсе не касается продовольствія войска…
Я удалился. Но теперь мною уже овладлъ гнвъ. Я ршилъ не оставлять этого такъ и надодать по порядку всмъ частямъ этого безбожнаго правительства до тхъ поръ, пока дло о поставк говядины не будетъ окончательно выяснено. Или я получу по этому счету или умру, какъ это сдлали вс мои предшественники. Я приставалъ къ главному почтъ-директору, я осаждалъ министерство земледлія, я подкарауливалъ спикера палаты депутатовъ. Но всмъ имъ не было никакого дла до контракта о поставк говядины для войска. Тогда я отправился къ начальнику патентнаго управленія.
Я началъ:
— Ваше превосходительство! Около…
— Убирайтесь къ чорту! Наконецъ, вы и сюда залзли съ вашимъ дьявольскимъ контрактомъ о поставк говядины! Мы не касаемся, совершенно не касаемся, м. г., длъ о поставк говядины въ войска…
— Эта очень хорошо, — но вдь все-таки кто-нибудь долженъ же заплатить за говядину!.. Мн должно быть заплачено немедленно, иначе я накладываю арестъ на патентное управленіе и на все, что въ немъ заключается…
— Но послушайте…
— Мн теперь все равно, м. г.! Я признаю патентное управленіе отвтственнымъ за этотъ контрактъ о поставк говядины… Отвтственно или неотвтственно оно въ дйствительности, — это все равно: оно должно мн заплатить!..
Дальнйшія подробности не имютъ особаго значенія, — коротко говоря, дло кончилось дракой. Патентное управленіе оказалось побдителемъ. Тмъ не мене, я открылъ нчто, могущее послужить мн на пользу. Я кое какъ понялъ, что казначейство есть то самое правильное мсто, куда я долженъ бы обратиться.
Я отправился туда. Меня принялъ самъ директоръ казначенетва, заставивъ предварительно прождать два съ половиною часа.
Я началъ такъ:
— Высокочтимый и уважаемый синьоръ! Около 10 октября 1861 г. нын умершій Джонъ Вильсонъ Мэкензи заключилъ…
— Довольно, м. г. Я уже слышалъ про васъ. Обратитесь къ первому длопроизводителю казначейства.
Я обратился къ нему. Но онъ меня отправилъ ко второму длопроизводителю. Второй отправилъ меня къ третьему, а третій отправилъ къ первому контролеру ‘отдленія зерноваго хлба и говядины’. Это начинало, по крайней мр, походить на дло. Первый контролеръ просмотрлъ свои книги, а равно и вс неподшитыя бумаги, но не нашелъ въ нихъ никакого указанія по длу о поставк говядины. Я отправился ко второму контролеру отдленія. Этотъ также изслдовалъ свои книги и бумаги, но тоже безъ результата. Я запасся новымъ мужествомъ и въ теченіе первой недли усплъ дойти до шестого контролера отдленія, въ слдующую недлю я усплъ обойти все отдленіе, въ теченіе третьей недли я достигъ и закончилъ обходъ отдленія ‘невыполненныхъ контрактовъ’, твердо укрпившись, наконецъ, въ отдленіи ‘непредъявленныхъ счетовъ’. Тутъ я обдлалъ свое дло въ три дня. Оставалась теперь еще только одна инстанція. Я обратился къ правителю ‘длъ, подлежащихъ уничтоженію’ или, врне говоря, къ его писцу, такъ какъ самъ онъ отсутствовалъ. Въ комнат помщались 16 молодыхъ красивыхъ двицъ, которыя записывали что-то въ книги, въ то время какъ семь молодыхъ людей приличной вншности длали имъ соотвтствующія указанія. Молодыя двицы улыбались черезъ плечи молодымъ людямъ, а молодые люди улыбались имъ обратно: вс были оживлены, какъ на свадьб. Нсколько другихъ писцовъ, занятыхъ чтеніемъ газетъ, бросивъ на меня строгій взглядъ, продолжали читать. При этомъ никто не проронилъ ни одного слова. Но я усплъ уже привыкнуть къ такой систем предупредительнаго обращенія съ просителями въ теченіе этого знаменательнаго періода моей жизни, — начиная съ того дня, когда я достигъ перваго стола ‘отдленія зерноваго хлба и говядины’ и кончая тмъ днемъ, когда я удалился отъ послдняго стола ‘отдленія непредъявленныхъ счетовъ’. Многими упражненіями я добился даже того, что могъ съ момента моего приближенія къ столу и до момента, пока писецъ соблаговолитъ заговорить со мной, простоять все время на одной ног, мняя ее не больше двухъ или, въ самомъ крайнемъ случа, трехъ разъ. Но тутъ я стоялъ такъ долго, что пришлось перемнить ногу четыре раза. Тогда я обратился къ одному изъ писцовъ, занятыхъ чтеніемъ газеты, и спросилъ:
— Г. сіятельнйшій шелопай, позвольте узнать, гд же самъ паша?
— Что вы хотите этимъ сказать, сударь? Про кого вы говорите? Если вы разумете правителя длъ, такъ онъ вышелъ…
— Но онъ поститъ сегодня свой гаремъ?
Молодой человкъ съ минуту гнвно смотрлъ на меня, а затмъ опять принялся за газету. Я уже освоился съ привычками этихъ господъ и потому зналъ, что могу еще не терять надежды, если только онъ успетъ покончить съ чтеніемъ ране прибытія почты съ новыми газетами изъ Нью-Іорка. Ему оставалось теперь просмотрть еще только дв газеты. По прошествіи достаточнаго времени, закончивъ это, онъ звнулъ и спросилъ меня, что мн нужно?
— Многославный и многочтимый гражданинъ! Около 10 октября…
— А, вы и есть человкъ съ контрактомъ о поставк говядины! Покажите ваши документы.
Онъ взялъ ихъ и долгое время рылся въ своихъ бумагахъ, и наконецъ, ему удалось открыть то, что я, съ своей точки зрнія, могъ бы считать сверо-восточнымъ проходомъ: да! онъ нашелъ давно заброшенную справку касательно подряда о поставк говядины, да! онъ достигъ вершины той скалы, о которую разбились на смерть вс мои предшественники, прежде чмъ успли до нея добраться. Я былъ глубоко взволнованъ и вмст съ тмъ глубоко обрадованъ, ибо все-таки остался въ живыхъ. Голосомъ, дрожащимъ отъ волненія и признательности, я сказалъ:
— Дайте мн эту справку. Теперь правительство приведетъ все дло въ порядокъ.
Но онъ отклонилъ эту просьбу, объяснивъ, что требуются еще кое-какія свднія.
— Гд нын находится этотъ Джонъ Вильнонъ Мэкензи?— спросилъ онъ.
— На томъ свт.
— Когда онъ умеръ?
— Онъ не умеръ, онъ былъ убитъ.
— Какъ?
— Томагавкомъ.
— Кто убилъ его томагавкомъ?
— Разумется, индецъ. Или вы полагаете, что такое дло могъ бы совершить и старшій инспекторъ одной изъ воскресныхъ школъ?
— Нтъ, не полагаю. Итакъ — индецъ?
— Понятно.
— Имя этого индйца?
— Его имя? Я не знаю.
— Мн необходимо знать его имя. Кром того, кто былъ свидтелемъ, что онъ убитъ томагавкомъ?
— Не знаю.
— Стало быть, сами вы при этомъ не присутствовали?
— Объ этомъ вы могли бы заключить до моимъ волосамъ. Я отсутствовалъ.
— Такъ почему же вы знаете, что Мэкензи нын мертвъ?
— Потому что онъ въ то время дйствительно умеръ и потому что я имю вс основанія предполагать, что до сихъ поръ онъ еще не воскресъ. Я даже фактически увренъ въ этомъ.
— Мы должны имть доказательства вашихъ словъ. Привели вы съ собой того индйца?
— Конечно, нтъ.
— Въ такомъ случа, вамъ придется принести его сюда. Вы захватили съ собой томагавкъ?
— И не думалъ.
— Надо принести и томагавкъ. Вамъ, вообще, необходимо доставить сюда индйца вмст съ томагавкомъ. Если тогда фактъ смерти Мэкензи будетъ удостовренъ, то вы можете обратиться въ ‘коммиссію по разбору претензій’, съ увренностью, что тамъ вашъ счетъ пройдетъ вс стадіи длопроизводства, такъ что дти ваши можетъ быть и доживутъ до уплаты по немъ и будутъ имть возможность повеселиться на эти деньги. Но прежде всего должна быть удостоврена смерть того человка. Къ этому я могу еще добавить, что правительство никогда не согласится выплатить путевыя и транспортныя издержки покойнаго Мэкензи. Возможно, что оно, пожалуй, уплатитъ за одну бочку говядины, отбитую солдатами Сермена, если вамъ, въ подкрпленіе вашихъ претензій, удастся провести въ конгресс билль о новомъ закон, который согласовался бы съ обстоятельствами вашего дла, но, во всякомъ случа, за 29 бочекъ, которыя сожрали индйцы, оно вамъ наврное ничего не заплатить.
— Слдовательно, я могъ бы получить всего 100 долларовъ, да и то только ‘пожалуй!’ И это посл всхъ скитаній Макензи съ говядиной по Европ, Азіи и Америк, — посл всхъ испытаній лишеній и путевыхъ издержекъ, — посл смерти столькихъ невинныхъ людей, пытавшихся получить по этому счету? Молодой человкъ! Отчего же не сказалъ мн это тотчасъ же тотъ первый контролеръ отдленія зерноваго хлба и говядины?
— Оттого, что онъ не зналъ, что ваши претензіи имютъ нкоторое основаніе.
— Отчего мн не сказалъ этого второй? Ни даже третій? Отчего не сказалъ мн этого ни одинъ изъ чиновниковъ всхъ отдленій и всхъ департаментовъ?
— Никто изъ нихъ ничего не зналъ по этому длу. Здсь все идетъ установленнымъ порядкомъ. Вы продлали на себ весь этотъ порядокъ и, въ конц концовъ, узнали то, чего желали. Это лучшій путь. И это даже единственный путь. Онъ не признаетъ никакихъ скачковъ и, хотя медленно, но вполн врно ведетъ къ цли.
— Несомннно, — къ врной смерти. Она уже привела къ конечной цли большинство нашего семейства. Я начинаю чувствовать, что та же участь ожидаетъ и меня. Молодой человкъ, не скрывайте: вы влюблены вонъ въ ту веселую молоденькую двицу съ скромными голубыми глазками и съ перомъ за ухомъ, — я догадался объ этомъ по ея нжнымъ взглядамъ, вы хотли бы на ней жениться, но вы бдны. Такъ вотъ же вамъ, протяните вашу руку, вотъ вамъ знаменитый контрактъ о поставк говядины, возьмите его, возьмите ее и будьте счастливы! Небо да ниспошлетъ вамъ, дти мои, свое благословеніе!
Вотъ все, что я знаю о знаменитомъ контракт по доставк говядины, о которомъ было такъ много говорено во всхъ частяхъ свта. Писецъ, которому я подарилъ его, умеръ. О дальнйшей судьб контракта и послдующихъ его владльцевъ мн ничего не извстно. Но зато мн хорошо извстно, что если кому-нибудь посчастливится не умереть до тхъ поръ, пока онъ успетъ провести свое дло черезъ вс бюрократическія мытарства въ Вашингтон, то въ самомъ конц, посл значительныхъ невзгодъ, трудовъ и проволочекъ, онъ узнаетъ какъ разъ то, что могъ бы узнать въ первый же день, если бы порядокъ длопроизводства въ чиновничьемъ мір былъ настолько разуменъ и цлесообразенъ, какъ въ любомъ солидномъ торговомъ дом.
Прочитали? Поделиться с друзьями:
Электронная библиотека