Рождение Касьяна, или 29 февраля, Квашнин Николай Александрович, Год: 1912

Время на прочтение: 4 минут(ы)

Николай Александрович Квашнин

(1870 — 1924 гг.).

Рождение Касьяна, или 29 февраля.

Миниатюра для народных театров в 6 явлениях, в стихах.

Действующие лица:
Муж — мужик лет 35-и.
Жена — баба лет 30.
Касьян — их сын, новорожденный младенец.
Анютка — работница 18-и лет.

Действие происходит в обычной крестьянской избе.

На сцене, прямо, висит большой календарь, стоит стол, лавка, табурет, здесь же —большая плетённая корзина. За печью висит балалайка. В переднем углу образ.

Явление 1.

Жена в сарафане с неимоверно большим, не по росту животом. Выглядит как типичная деревенская роженица: на голове повойник, сверху незавязанный платок, прядь волос спустилась на лоб. Она мечется по избе.

Жена.
Ой да батюшки, ох, кормилицы!
Ох, от самых ног до потылицы
Тянет с ног долой мой большой живот,
Тянет он меня уж четвёртый год!!!
(Качает головой).
Знать, диковинка небывалая
И объёмом-то ведь не малая,
Удивит теперь разом белый свет!
Ох, носить его больше мочи нет!
(Садится на лавку, утирает слёзы, вытягивает и беспомощно опускает руки).

Явление 2.

Входит муж, одетый как обычный деревенский мужик, в рубахе и портах.

Муж.
Закудахтала незабвенная,
Словно ты изба толстостенная,
Самому глядеть мне терпенья нет,
Носишь ты его вот уж сколько лет.
Вдруг да баба ты в положении…
В государевом учреждении
Не по месту ведь, не по времени.
(Мотает головой).

Жена стонет.

Ну, иди, приляг, да скорей — того…
Не равно сейчас, окрестим его.

Жена уходит.

Муж
(пропихнув её в дверь)
Ну и баба ты — наводнение!
У соседей-то — удивление:
Всяк спросить уж готов,
Сколько носит годов.
Что в ответе держать?
Не сумеешь сказать…

За сценой слышится стон.

Эх, грехи мне с тобой,
Сам не справлюсь с собой.
Погляжу в календарь —
Нынче будто февраль,
Не найду ли ответ:
Високосный аль нет?
Во, гляди, так и есть:
Вся разгадка-то здесь,
Именинник Касьян!
У! Напьюсь же я пьян,
Коль мальчонку родит,
И позор будет скрыт.
(Задумывается, опустив голову, мечтательно).
Помоги мне, Творец,
Буду добрый отец…
Люлька эдак скрипит,
В ней младенец лежит,
Баба кормит его.
Ну, и он ничего!
Всё, как следует быть.
Молоко будет пить…
(Опомнившись, махнув рукой).
Замечтался на грех,
А ведь в люльке-то спех!
Неравно, как сейчас
Всех обрадует нас!
(Берётся за корзину и поправляет прутья).

Слышится крик и плач ребёнка.

Эко баба кричит.
Чу! Младенец пищит.
Побегу-ка узнать,
Да попа надо звать.
(Бежит и в дверях сталкивается с Анюткой).
Эй, Анютка!

Явление 3.

Входит Анютка.

Анютка.
Я к вам.
Муж.
Что случилось-то там?
Анютка.
Ай, боюсь и сказать,
Ну, как станешь ругать?
Муж.
Говори, кто такой?
Анютка
(показывая руками)
Эх, родился какой!
Муж.
Кто? Девчонка? Малец?
Анютка.
Во какой молодец!
Стыдно мне и глядеть.
Муж.
Дура! Толком ответь.
Анютка
(стыдливо смеётся, закрываясь платком)
Тётка Марья обмывает:
Он в корыто не влезает,
Очень парень-то здоровый,
Рослый, статный и толковый.
Ну, послали свата, дочку,
Прикатили что бы бочку.
Стыдно очень помогать,
Прибежала рассказать.
Муж.
Приготовь-ка зыбку здесь,
Что б его сюда принесть.

Уходят.

Явление 4.

Анютка готовит зыбку на лавке, укладывает подушку, всё время хохочет, показывая руками, какой младенец по сравнению с зыбкой.

Анютка
(говорит насмешливо)
Пусть обрадует там жёнка…
Поместится треть ребёнка…
Ладно б — малая кровать…
Остальное где ж девать?
И грехи мне, право, с вами,
Не обнимешь и руками.
Где его здесь запихать?!
Бедный, как ты будешь спать?

Явление 5.

Муж идёт хлопотливо к люльке. Смотрит, всё ли в порядке, снимает люльку с лавки, ставит нерешительно среди избы.

Муж
(делая всё это)
Уж такая их порода,
Что растут 4 года.
Ну, зато и молодцы,
А не то, что их отцы!
(Анютке).
Очень парень-то хорош,
На меня, гляди, похож.

Явление 6 и последнее.

Входит жена без живота, но с очень большим бюстом. Несёт на руках младенца. Он в трико, на ногах пинетки — шерстяные вязаные туфельки с помпонами. На голове чепчик. Младенец спелёнат двумя полотенцами. Ноги болтаются низко по полу. Отец подхватывает его ноги, оба укладывают его в зыбку. Анютка стоит с маленькой пелёнкой.

Муж.
Ну, давай, давай ребёнка!
Эй, Анютка! Где пелёнка?..
Ну, клади его теперь,
Да закрой покрепче дверь.
Эко, люлька-то мала,
Вся свисает голова.
Коротка она немножко,
Так, гляди, торчит и ножка…
Матка лучше его втиснет.
Ишь, головушка-то виснет,
Табуретку, что ль, подставить?
Так нельзя его оставить.
(Идёт за табуреткой).

Мать держит младенцу голову, Анютка — ноги.

Жена
(Анютке)
Позабавь его разок,
Позвени-эн в кутазок.

Анютка звенит уздечкой.

Младенец.
Ну, возможное ли дело
Так ломать ребёнку тело?
Эх, российская порода,
За четыре долгих года
Не сумели дать постель.
Разве это колыбель?
Новорожденного младенца
Завернули в два полотенца
И мытаритесь вы здесь.
Разверните, дайте сесть!
Я не тот, что нет силёнки
Разорвать крестом пелёнки,
Надоела мне потьма,
Рад, что кончилось, весьма.
Да пошлите вон девицу
С клюквой принести водицу,
Надо горло промочить,
Очень трудно говорить.
Отец
(возвращаясь)
Ну, сынок и удивил,
Сразу клюквы запросил,
Разболтал, глядь, полотенца.
Небывалые младенцы!
Жена.
Родила вот чудака!
На, попей вот молока
Да ложись-ка на коленки,
Прислонюсь я только к стенке.
(Укладывает младенца).

Муж подставляет табурет.

Экий длинный-то какой,
Не обнимешь и рукой.
Ну, младенец — пять пудов.
Этих от роду родов
Я не видывала в свете.
Мне б возить тебя в карете,
Все колени мне обмял.
(Мужу).
Молока, гляди, не взял.
Младенец.
Не хочу я молока,
Вот, сыскали дурака.
Для прочистки моей глотки
Дайте лучше рюмку водки.
Да солёного чего
Не найдётся ль у кого?

Отец и Анютка стоят в изумлении.

Ну, чего же вы стоите?
Поскорей гостей зовите,
Родился у вас Касьян!
Пусть же всякий будет пьян!
Ведь в 4 года раз
Этот праздничек у нас.
(Встаёт с колен матери, подзывает Анютку, садится с ней рядом, обнимает и щекочет пальцем под шеей).
Муж.
Боже праведный, Творец!
Это я ему отец?
Не успели народить,
А уж он давай учить.
Натворил же ты проказ,
Сын Касьян, на этот раз…
Я горжусь тобой, малюткой
Ты играешь уж с Анюткой…
Да, промчались времена,
Мудры стали племена.
Видно, ты давно созрел,
Коль вина просить сумел.
(К публике).
Не легко даются детки!
Говорю то для заметки,
Что б Касьянушку ценили,
На крестинах много пили,
Пожелали б сладко жить,
Ни о чём и не тужить.
Да при этом извиненье
Просим мы за всё волненье,
Что жена здесь пошумела —
Уж такое бабье дело…
(Машет рукой).

Младенец встаёт с лавки, идёт робко. Анютка ведёт его за ручку.

Младенец
(к публике)
Ну, простите и меня,
Что прибавилась семья.
А теперь, отец, сыграй-ка,
Вон, висит там балалайка.
Ну, Анюта, становись,
Я в рубашке — не стыдись.
Мы родителей уважим,
Удаль нашу всем покажем,
Лучше уж без полотенец,
Я особый ведь младенец.
То-то дело, то-то раз,
Вот какой Касьян у вас!
(Пляшет неумело, плохо стоит на ногах, потом падает и, громко заревев, просится на ручки мимикой).

Занавес.

1912 г.
Источник текста: Квашнин Н. А., ‘Собрание сочинений’. Т. 3. Тверь, ‘Книжный клуб’, 2010 г. С. 3 — 14.
Прочитали? Поделиться с друзьями:
Электронная библиотека