Михайлов М. Л.: биобиблиографическая справка, Михайлов Михаил Ларионович, Год: 1990

Время на прочтение: 7 минут(ы)
МИХАЙЛОВ, Михаил Ларионович (Илларионович) [4(16), по другим данным — 3(15).I.1829, Оренбург — 3(15), по другим данным 2(14).VIII.1865, пос. Кадая Иркутской губ.] — поэт, переводчик, прозаик, публицист. Революционный демократ. Отец — чиновник, занимался горносоляным промыслом, вольноотпущенный, дослужившийся до дворянства. Дед (по отцовской линии) был крепостным, по словам М., ‘умер, не вынеся позора, от назначенного ему незаслуженного телесного наказания’ (см.: Лемке М. К. Политические процессы в России 1860-х гг. (по архивным документам).— М., Пг., 1923.— С. 107). Мать — из семьи небогатого киргизского князя. В 1835 г. семья из Оренбурга переехала в небольшой город Илецкая Защита Оренбургской губ. М. получил в основном домашнее образование. Изучал иностранные языки, музыку, много и бессистемно читал. Рано вошли в круг его чтения А. С. Пушкин, Н. В. Гоголь, М. Ю. Лермонтов, А. В. Кольцов. Один из его домашних учителей, отданный в солдаты за какое-то политическое дело студент, первым указал М. на социальные вопросы. Как вспоминал М. в автобиографической повести ‘Кормилица’, этот учитель много рассказывал ‘о господстве зла на земле и о необходимости непримиримой вражды, к нему, о святости борьбы, страданий и гибели, за благо родины и человечества’. После смерти) отца в 1845 г. (мать умерла четырьмя годами раньше) осиротевшие дети, среди которых М. был старшим, были привезены в Уфу, к родственникам матери. Здесь М. учился в гимназии, и к этому времени относится начало его литературного творчества. Первые произведения, написанные в подражательно-романтическом духе, публиковались в петербургском еженедельнике ‘Иллюстрация’ (‘Ее он безмолвно, но страстно любил…’, перевод из Г. Гейне ‘Сосна и пальма’, очерки ‘Вогул’ и ‘Казак Трофим’), В 1846 г. М. поступил вольнослушателем в Петербургский университет, где сблизился с Н. Г. Чернышевским. Знание иностранных языков, широкая начитанность в русской и зарубежной литературе, стремление к авторству — все это имело в глаза[ Чернышевского высокую цену. ‘Михайлов… мне очень нравится: чрезвычайно умная голова. Из него выйдет человек очень замечательный’, ‘Не любить его нельзя, потому что у него слишком доброе сердце’,— сообщал Чернышевский отцу о М. (Чернышевский Н. Г. Полн. собр. соч.— М., 1849.— Т. 14.— С. 83, 110). В то же время Чернышевский не разделял всех воззрений: М. Вероятно, сказывалось скептическое отношение М. к религии, чуждое в ту пору Чернышевскому. Только позднее, как свидетельствуют современники, Чернышевский вполне оценил благотворное воздействие на него М. в этом отношении.
В Петербурге М. продолжал писать, по преимуществу стихи, помещая их главным образом, в ‘Литературной газете’ и ‘Иллюстрации’. Стесненные денежные обстоятельства побудили его в феврале 1848 г. уехать в Нижний Новгород где он поступил на службу к дяде в Соляное правление. Он усиленно занимается самообразованием, литературным творчеством. Переписывается с Чернышевским, который сообщает М. а своих посещениях кружка И. И. Введенского, делится впечатлениями от чтения В. Г. Белинского, А. И. Герцена, Л. Фейербаха. Летом 1850 г. Чернышевский с двоюродным братом А. Н. Пыпиным по пути в Саратов навестили М. и тот читал им свои сочинения, из Саратова Чернышевский пишет М. о своей службе в качестве учителя гимназии, откровенно излагает свои радикальные политические взгляды.
В феврале 1852 г. М. выходит в отставку: и возвращается в Петербург. Пишет много и в разных жанрах (первая крупная повесть ‘Адам-Адамыч’ опубл. в журнале ‘Москвитянин’ за 1851 г.). Знакомится с И. С. Тургеневым, Н. А. Некрасовым, печатается во многих журналах: ‘Отечественных записках’, ‘Современнике’, ‘Москвитянине’, ‘Библиотеке для чтения’ и др. Как прозаик и драматург М. продолжал традиции ‘натуральной школы’. В центре его внимания жизнь провинциальных мелкопоместных дворян и чиновников, погрязших в праздности, жестокости, жадности, разврате. Бесчеловечны в отношениях к крепостным вдова-помешица Сигаева и помощник в ее злодеяниях приживалец Кучкин (комедия ‘Тетушка’, написана в 1850 г., опубл. в 1860 г.). Сатирически изображены владелец ‘многих душ’ помещик Желнобобов и судья Сафьянов, управляющий питейным откупом Сольвычегодов, ‘человек без затылка’, покровительница талантов Финищева, все искавшая себе Чацкого и остановившаяся на Погурове с густыми усами, ‘правда,— замечает автор,— более похожего на Ноздрева, чем на Чацкого’ (повесть ‘Адам Адамыч’), Окончательно развратились от безделья Калуферова и ее отпрыск Герасим (рассказ ‘Сынок и маменька’, 1852). С сочувствием обрисованы их бесчисленные жертвы. Загублена жизнь Адама Адамыча, скромного, романтически настроенного учителя (‘Адам Адамыч’). Искалечены барином судьбы дворовых крестьян Алены Иевлевны, девки Прасковьи, слуги Осипа, испорченного лакейством (повесть ‘Нянюшка’, 1851). Редакция ‘Москвитянина’ предпослала ‘Нянюшке’ объяснение, что автор — представитель ‘сатирического’ направления и потому обратился ‘к жизни действительной в ее уклонениях, болезнях, недостатках’. Трагически сложилась жизнь обольщенной и предательски покинутой девушки Фени, работницы мастерской (рассказ ‘Кумушки’, 1852). Жертвой похотливых притязаний богача Суровцева стала сирота Маша (рассказ ‘Кружевница’, 1852). Л. Н. Толстой записал в дневнике о ‘Кружевнице’: ‘Очень хороша, особенно по чистоте русского языка’ (Толстой Л. Н. Полн. собр. соч.: В 90 т.— М., 1937.— Т. 46.— С. 125). Пошлость, грязь мещанской и чиновничьей жизни определили тематику повести ‘Скромная доля’, рассказа ‘Он (из дневника уездной барышни)’, 1852. В условиях крепостничества не может в полную силу развернуться талант скрипача Трофима Смекалова, сына крепостного (рассказ ‘Скрипач’, 1853). В романе ‘Перелетные птицы’ (1854) изображена нищенская жизнь актеров провинциального театра. В пародийном романе ‘Камелия’ (1852) высмеяны романтические увлечения, вложенные в уста Лиодора, влюбившегося в мифическую Камелию. Жестокому устройству жизни противостоит нежный мир детства в автобиографической повести ‘Святки’ (1853) и рассказе ‘Уленька’ (1857). Демократическая направленность романа ‘Марья Ивановна’ (1853) была поддержана Чернышевским, сблизившим это произведение с ‘Рыбаками’ Д. В. Григоровича. Некоторое влияние на писателя оказал в ту пору и А. В. Дружинин, который осудил автора ‘Скромной доли’ за подражание Гоголю.
На волне общественного подъема во II половине 50 гг. М. пишет рассказы из простонародного быта (‘Ау!’, ‘Африкан’), произведения в критикуемом Н. А. Добролюбовым ‘обличительном’ духе: рассказы ‘Голубые глазки’, ‘Напраслина’, повесть ‘Изгоев’, романы ‘Вольная пташка’, ‘Отжившее’, ‘Благодетели’* пьеса ‘Обязательный человек’. В 1856—1857 гг. М. участвует в экспедиции литераторов, организованной Морским министерством, посещает Оренбургскую губ., Урал, впечатления от нее отразились в этнографических очерках, большинство из которых цензура не пропустила.
В середине 50 гг. М. знакомится с Н. В. и Л. П. Шелгуновыми. Встреча с Л. П. Шелгуновой и любовь к ней значила очень много в жизни М., с этого времени его любовные стихи навеяны чувством к Л. П. Шелгуновой (‘На пути’, ‘Долиной пышной шли мы рядом…’, ‘Зарею обновленья…’, и др.).
Сохранил М. и отношения тесной дружбы с Н. В. Шелгуновым. Общительный, склонный к импровизации, очень добрый, М. имел много друзей (один из самых близких — Я. П. Полонский). Как вспоминал С. В. Максимов о М., ‘этот некрасивый человек с киргизскими чертами лица, как уроженец Приуральского края, владел прекрасным, добрым сердцем, был симпатичен, по тем искренним отношениям, которые устанавливались с людьми одинакового с ним оружия, и до самоотвержения крепок и4 стоек в налаженных приязни и дружбе’ (см.: Шелгунов Н. В. и др.— С. 461).
В 1858—1859 гг. М. и Шелгуновы совершают поездку за границу, в феврале 1859 г. навещают Герцена и Н. П. Огарева в Лондоне. Заграничные корреспонденции М.— ‘Парижские письма’, ‘Лондонские заметки’ — помещались в ‘Современнике’ и пользовались успехом. В Англии, этой ‘стране свободы’, он обращал внимание читателей на печальные ‘приюты бедности’. Но наибольшую популярность М.-публицисту доставил цикл статей по женскому вопросу, где он выступает защитником равноправия женщин в области образования, семейных отношений, различных сферах деятельности. Полемизируя с противниками высшего образования для женщин, якобы отстаивающими интересы семьи, М. (в статье ‘Женщины, их воспитание и значение в семье и в обществе’, 1860) подчеркивает, что именно ‘при нарушении равновесия между женским и мужским развитием все более и более расшатываются основы семьи’ (Избранное…— С. 452).
С весны 1859 г. М.— признанному знатоку европейских писателей был поручен в ‘Современнике’ отдел иностранной литературы. Активно сотрудничал он и в журнале ‘Русское слово’. Совместная с Чернышевским и Добролюбовым деятельность в ‘Современнике’, нелегальные связи с Герценом способствовали формированию революционно-демократических убеждений М.
М. много и увлеченно занимался стихотворными переводами (Э. Потье, Ш. Петефи, Т. Г. Шевченко, Дж. Г. Байрон, Т. Мур, Т. Гуд, В. Гюго, А. Мицкевич). Он перевел пьесу Ф. Шиллера ‘Коварство и любовь’. Как переводчик стремился к точности, не считая перевод средством для самовыражения, но отбирая близкие по мироощущению произведения. Любимейшими поэтами М. всегда оставались Г. Гейне и П. Беранже. Переводы М. из Гейне А. Блок называл ‘настоящими перлами поэзии’ (Блок А. А. Собр. соч.— М., Л., 1962.— Т. 6.— С. 119).
Крестьянскую реформу М. воспринял резко критически. В марте 1861 г. в обстановке всеобщего либерального славословия помещает в ‘Современнике’ свой перевод из Г, Лонгфелло ‘Песни о неграх’, намекая на несостоявшееся освобождение русских крепостных. Участвует в нелегальных формах борьбы. Возможно, составляет вместе с Н. В. Шелгуновым революционную прокламацию ‘К молодому поколению’ (некоторые исследователи соавторство М. оспаривают). Тексты обращения к солдатам (составленного Шелгуновым) и к крестьянам (по свидетельству Шелгунова, написанного Чернышевским) М. передает московским студентам для тайного напечатания, а прокламацию ‘К молодому поколению’ везет в Лондон (за границу выезжает вместе с Шелгуновыми), печатает там в Вольной русской типографии и затем распространяет (вместе с друзьями) в Петербурге. В результате предательства арестованного Вс. Д. Костомарова (участвующего в печатании прокламаций), которому он неосторожно доверился, М. был арестован 14 сентября 1861 г. Написанные в стенах тюрьмы стихотворения воспринимались современниками как революционные гимны (‘Памяти Добролюбова’, ‘Крепко, дружно вас в объятия…’, ‘Смело, друзья! Не теряйте…’, ‘О сердце скорбное народа!..’). ‘Стихи мои,— писал позднее сам М.,— едва ли не лучшее из всего, что мною написано’ (Записки.— С. 434). Стихотворения М. действительно значительнее его прозы.
На следствии М. держался мужественно и благородно, не выдав никого из участников революционных акций, отводя обвинения от других, взял на себя авторство всех прокламаций.
14 декабря 1861 г. его приговорили к шести годам каторжных работ, отправив в сибирские рудники. За судом над М. последовали политические процессы В. А. Обручева, Чернышевского, Шелгунова и др. Участь М. возбуждала огромное сочувствие в демократически настроенных кругах. Герцен в специальном ‘прибавлении’ к ‘Колоколу’ (15 января 1862 г.), посвященном М., писал: ‘Шесть лет каторжной работы за то, что из груди, переполненной любви и негодования, вырвалась страстная речь…’ (см.: Шелгунов Н. В. и др.— С. 442). В Сибири М. часто болел, но литературной работы не прекращал. Условия жизни М. стремился облегчить его брат, Петр Михайлов, служивший горным инженером, затем управляющим недалеко от Нерчинска. Некоторые сочинения М. были вывезены Шелгуновым, приезжавшим в 1862 г. в Нерчинский округ к М. (пребывание у М. закончилось арестом Шелгуновых). Однако большая част наследия не сохранилась. Известны его ‘Запики’ о своем следственном деле и пути в Сибирь, ‘Сибирские очерки’ — о тяжелой жизни катожан, повесть ‘За пределами истории’ из жизни доисторического человека (отрывки читал Чернышевскому, с которым встречался на руднике Кадая и которому они нравились), незавершенный роман ‘Вместе’, посвященный жизни русских революционеров разных поколений. Умер М. тяжелой болезни, похоронен на вершине сопки, на руднике.
Соч.: Полн. собр. соч.: В 4 т. / Под ред. П. В. Быкова. Спб., 1914 (издание не закончено), Записки. Письма к Шелгуновым из Петропавловской крепости // Шелгунов Н. Шелгунова Л. П. М. Л. Михайлов. Воспоминания.— 1967.— Т. 2.— С. 257—437, Собр. стихотвор. / Вступ. ст., подгот. текста и примеч. Ю. Д. Левина.— Л., 1969, Избранные стихотворения. Повести. Публицистика / Вступ. ст., подгот. текста и примеч. Г. Г. Елизаветиной.— М., 1979.
Лит.: Дикман М. И., Левин Ю. Д. И. С. Тургенев и М. Л. Михайлов // И. С. Тургенев.— Орел, 1960, Егоров Б. Ф. М. Л. Михайлов — критик // Уч. зап. Тартуско ун-та, 1961.— Вып. 104, Фатеев П. С. Михаил Михайлов — революционер, писатель, публицист.— М., 1969, Козмин Б. П. Н. Г. Чернышевский и М. Л. Михайлов // Козмин Б. П. Литература и история.— М., 1982, Щеголихин И. П. Слишком доброе сердце.— М., 1983.

А. А. Демченко

Источник: ‘Русские писатели’. Биобиблиографический словарь.
Том 2. М—Я. Под редакцией П. А. Николаева.
М., ‘Просвещение’, 1990
Прочитали? Поделиться с друзьями:
Электронная библиотека