Заграничные известия, Наполеон, Год: 1813

Время на прочтение: 5 минут(ы)

Заграничныя извстія.

О новой блистательной побд, одержанной надъ французами фельдмаршаломъ Веллингтономъ въ горахъ Пиренейскихъ, есть уже достоврное извстіе съ описаніемъ подробностей. Сраженіе продолжалось 27 и 28 юля. Намреніе Сульта клонилось къ освобожденію Пампелуны отъ осады, но онъ разбитъ на всхъ пунктахъ и претерплъ большую потерю.— О пораженіи французовъ при Витторіи Парижскіе журналисты благоразумно умалчиваютъ, за то уже въ Лондон и въ другихъ городахъ Европы занимаются имъ какъ важнйшимъ и знаменитйшимъ происшествіемъ. Неожиданное движеніе Веллингтона къ сверу сравниваютъ съ боковымъ маршемъ Князя Кутузова, истребившаго корпусы французскіе подъ Краснымъ. Оба Полководца оставались нсколько времени въ бездйствіи по обдуманному плану, для того чтобы посл грянуть на злодевъ съ необычайнымъ напряженіемъ. Не льзя незамтить, что разбитые французы къ несказанному своему прискорбію, должны были бжать по ронсевальской дорог черезъ т мста, гд за тысячу лтъ предъ симъ побилъ наголову Карлъ Великій, котораго Наполеонъ Малый соизволилъ провозвстить своимъ образцемъ и предмстникомъ. Нтъ сомннія, что многимъ изъ бглецовъ, по причин сего достославнаго преемничества, извстна исторія Карла Великаго. Какія мучительныя воспоминанія! ‘Наполеонъ’, такъ сказано въ стать изъ Лондона, обыкновенно, хвастался, что во все продолженіе военныхъ его дйствій французская армія нигд и никогда нетеряла артиллеріи, онъ приписалъ рано наставшей жестокой стужи причину утраты 1500 пушекъ, которыя оставилъ въ Россіи, теперь безъ сомннія станетъ обвинять чрезвычайной жаръ, принудившій Журдана и осифа оставить въ добычу побдителямъ полтораста пушекъ, которыми въ скоромъ времени украсится Лондонская крпость.’
— Въ Кадикскихъ публичныхъ листкахъ написано слдующее: ‘Буонапарте предложилъ учредить конгресс въ Праг, на которомъ должны явиться уполномоченные отъ Англіи, отъ Россіи, отъ Испанскихъ инсургентовъ, и проч. Такое предложеніе со стороны Буонапарте стоитъ для насъ побды, и хотя главное намреніе его клонится къ тому единственно, чтобы выиграть время для возстановленія сил своихъ, однакожъ вс видятъ теперь, что дерзскій и высокомрный тонъ его съ нкотораго времени примтнымъ образомъ понизился, война въ Россіи и на Пиренейскомъ полуостров заставила его нсколько образумиться. Никогда уже небудетъ онъ тмъ, кмъ былъ до переправы своей черезъ Вислу, и что ни случилось бы, Европа никогда уже не увидитъ себя въ столь затруднительномъ положеніи,— въ какомъ застала ее весна 1812 года. Буонапарте однакожь предлагаетъ, что бы Король Испанскій, то есть машина-осифъ, явился на конгресс. Въ припадк безумія онъ могъ затять такую нелпость, но онъ самъ вдаетъ, сколь она несбыточна. Было бы тоже, когдабъ онъ сказалъ Россіи и Англіи, ‘если вы хотите присутствовать на конгресс, мною учреждаемомъ, то прежде всего расторгните обязательства свои съ Испаніей, а потомъ уже заключите священный договор со мною.’ Вотъ какое приглашеніе Тиранъ длаетъ онымъ Державамъ! Россія и Англія признали Фердинанда VII единственнымъ и истиннымъ Государемъ Испаніи, а Кортесовъ или Регентство единственнымъ и законнымъ его правительствомъ, какъ же думаетъ онъ, будто он допустятъ на конгрессъ осифа? Безумецъ! Вс Союзники, признавши Фердинанда законнымъ Королемъ Испаніи, захотятъ ли теперь признать осифа!! Не онъ приглашаетъ также Испанскихъ инсургентовъ (которыхъ не называешь уже ни разбойниками, ни мятежниками), а для чего должны они тамъ явишься? Чтобы оковать себя цпями рабства, просить прощенія въ прежнихъ своихъ ошибкахъ, обезславить себя на вки и умолять о милостяхъ осифа и о покровительств Корсиканца! Буонапарте забылъ, что сіи инсургенты уже шесть лтъ съ благородною гордостію ведутъ славную, войну противъ его могущества и коварныхъ замысловъ, и что они ршились скоре погибнуть нежели себя опозорить. Испанскіе инсургенты могутъ вступить въ переговоры со Франціей, но съ Буонапартомъ они невойдутъ ни въ какія сношенія.’
Сей конгрессъ давно уже несуществуетъ, не смотря на то во французскихъ журналахъ, чтобы обморочить простодушныхъ читателей, занимаются имъ боле нежели военными происшествіями, въ Имперскомъ журнал съ французскимъ безстыдствомъ описаны съ ногъ до головы Россійскіе и Прусскіе Посланнники. Само собою разумется, что сочинитель газетной статьи недоволенъ тми и другими, напротивъ того онъ весьма выгодно отзывается о Дюк Виченскомъ (Коленкур) и о Граф Нарбонн, которые назначены были трактовать о мир. Сей отзывъ произнесенъ какъ думать должно по чистой совсти и безъ всякаго пристрастія!!

*

По возобновленіи неприятельскихъ дйствій произошло уже много новаго. Наслдный Принцъ Шведскій разбилъ Французовъ подъ Берлиномъ, на которой направлены были неприятельскія силы съ безчеловчнымъ намреніемъ разорить и сжечь оный город, французы лишились множества пушекъ и плннымъ, и отступаютъ на всхъ пунктахъ. Въ Силезіи равномрно одержана блистательнйшая побда надъ французами Генераломъ Блюхеромъ, которой взялъ у нихъ 22 пушки и 5000 плнныхъ и положилъ на мст около 1000. Бонапартъ убжалъ изъ Дрездена въ Ерфуртъ, а куда побжитъ изъ Ерфурта, о том самъ онъ вдаетъ. Генералы и офицеры ей цлыми коммандами переходятъ на сторону Союзниковъ, проклиная нечестиваго возмутителя общаго покоя, и отъ всего сердцу желая всесвтному губителю скорйшей погибели, которая, какъ теперь уже весьма ясно видно, постигнуть его не замедлитъ.

——

Странно, что въ числ посланниковъ на мирномъ конгресс въ Праг упомянуть былъ даже Турецкій, между тмъ какъ ни слова не сказано ни объ одномъ посланник отъ Государей Рейнскаго Союза! Что бы это значило? Разв Бонапартъ не хочетъ оставить при нихъ даже наружности самодержавнаго сана, для того, чтобъ они совершенно поняли, какую выгоду принесло имъ унизительное соизволеніе принять Королевскія и Гроссъ-Герцогскія титла отъ бывшаго Подпорудичика Королевской французской службы? Разв ихъ почитаютъ уже недостойными быть въ том обществ, гд находится высокомрный ихъ обладатель? Или же высокіе Сверные Союзники опредлили не прежде признавать ихъ за дйствительныхъ Государей, пока они не сбросятъ постыдныхъ оковъ у съ которыми вмст возложили на себя горестную обязанность быть подданными чужеземнаго самозванца?
— Читая Наполеоновскія описанія сраженій съ 1805 года, не льзя не замтить достопамятности, безпрестанно въ нихъ повторяемой. Везд находите вы, что Виртемвбргцы, или Баварцы, или Саксонцы, бросились на мостовыя укрпленія, на батарею, на центръ и проч. и посл того обыкновенно читаете, а такая-то французская дивизія зашла въ тыл неприятеля. Не уже ли Баварцы, Саксонцы и Виртембергцы неимютъ права усомниться въ том, будто они живутъ на свт и имютъ своихъ собственныхъ Государей единственно на тотъ конецъ, чтобы во угожденіе Бонапарту бросаться на батареи?
— На одномъ тсномъ пути повстрчай лис два почтаря везущіе въ своихъ повозкахъ Евреевъ. Ни тотъ ни другой не хотли свернутъ съ дороги. Почтари сперва кричали, потомъ стали браниться. Одинъ соскакиваетъ съ повозки и хлещетъ кнутомъ сдоковъ своего противника. ‘Какъ!’ восклицаетъ другой: ‘бить моихъ Евреевъ! Погоди же, я и съ твоими перевдаюсь!’ И безъ всякихъ околичностей платитъ тою же монетою. Бдные Евреи кричали и выли, но не смли обороняться именно потому что были Евреи.— Если ты Нмецъ, читатель, то право не смйся! Англичане отняли у Французовъ нсколько колоній, Французы взяли себ за то часть Германіи, Англичане вновь завоевали еще боле колоній, а Французы опять взяли себ еще боле Нмецкихъ провинцій. Правда что колоніи принадлежали Франціи, но по чему же Нмцы должны терпть за то, что длаютъ Англичане? ‘Но чему? По тому, что они сносятъ.’

——

Въ Манифест о войн противу Франціи, отъ Австрійскаго правительства сказано между прочимъ слдующее:
‘Походъ 1812, года подал достопамятный примръ, что предприятіе, вспомоществуемое исполинскими силами, въ рукахъ Полководца первой степени, можетъ быть неудачно, если онъ, чувствуя свои великіе воинскіе таланты, вздумаетъ преступить предлы Природы и правила благоразумія.
Призрак честолюбія повлекъ Императора Наполеона въ глубину Россійской Имперіи, и ложное политическое мнніе заставило его думать, что онъ въ Москв предпишетъ намъ, обезсилитъ Россійскую Державу на полвка, и возвратится въ торжеств. Но когда великодушная твердость Императора Всероссійскаго, знаменитые подвиги Его воинства и непоколебимая твердость Его народа прекратили сіе сновидніе, тогда поздно было раскаяваться, надлежало потерпть наказаніе. Вся французская армія была разсяна и истреблена, мене нежели въ четыре мсяца позорище войны перенесено было съ Днпра и Двины на Одеръ и Ельбу.’

*

— Австрійская армія состоитъ изъ 300 батальоновъ (270,000 чел.) линейной пхоты, 4 бат. егерей (5,600 чел.), 228 ескадроновъ конницы (45,600 чел.), 4 полковъ артиллерій (14,400 чел.) и 8,000 піонеровъ, — и того изъ 343,600 чел.— Сверхъ того обязались Венгерцы, въ случа воины съ французами, выставить и содержать на свой счетъ 60,000 чел. Земское ополченіе составляютъ 96,000 чел. Слдственно вся военная сила Австріи состоитъ изъ 499,000 чел.— Въ семъ числ не полагаются конные и пшіе полки, формируемые чинами Австріи и Богеміи.

3 Сентября.

Одержавши побду при Маренго, Бонапартъ писалъ въ Парижъ въ своихъ донесеніяхъ: ‘Я надюсь, что французскій народъ будетъ доволенъ своею арміею.’ И вся Европа воскликнула:, великій мужъ!’ Претерпвши пораженіе при Гроссъ-Гершен, онъ возгласилъ, въ прокламаціи къ побитой французской арміи: ‘солдаты! я самъ чрезвычайно доволенъ! бы покрыли орловъ моихъ новымъ блескомъ!’ и вся Европа надъ нимъ смется. Противуположность сія должна казаться очень забавною и для самыхъ солдат французскихъ. Тамъ онъ указываетъ имъ на признательность націи, на благодарность за ея спасеніе, а здсь вроломный похититель верховной власти изъявляетъ имъ свое удовольствіе за то, что они вычистили птицъ его. Но какая прибыль французамъ отъ того, что блистаютъ его орлы или коршуны, которыхъ самъ онъ именно называешь своими птицами?

20 Сентября.

‘Встникъ Европы’, т. LXXI, 1813

Прочитали? Поделиться с друзьями:
Электронная библиотека