Три языка, Гримм Вильгельм Карл, Якоб, Год: 1812

Время на прочтение: 3 минут(ы)
Братья Гримм

Три языка

В Швейцарии жил некогда старик-граф, у которого был всего один сын, но он был глуп и ничему не мог научиться. Тогда сказал ему отец: ‘Слушай, сын мой, что я ни делаю, ничего тебе в голову вдолбить не могу. Надо тебе отсюда отправиться к одному знаменитому учителю, я тебя передам ему, и пусть он с тобою попробует заняться’.
Юноша был отослан отцом в другой город и целый год оставался у учителя.
По прошествии же года он опять вернулся домой, и отец спросил его: ‘Ну, сынок, чему же ты научился? — ‘Батюшка, я выучился разуметь то, что собаки лают’, — отвечал сын. ‘Ах, Господи! Да неужели ты только этому и научился? Так я тебя лучше уж отдам в другой город, к другому учителю’.
И свез туда юношу, и оставался он еще год у другого учителя в науке.
Когда же окончил ученье, отец опять-таки спросил его: ‘Ну, сынок, чему же ты научился?’ Тот отвечал: ‘Батюшка, я научился тому, что птицы между собой говорят’.
Тогда отец разгневался и сказал: ‘Ах ты, пропащий человек, сколько ты потерял драгоценного времени, ничему не выучился и не стыдишься мне на глаза показываться! Пошлю я тебя еще к третьему учителю, и уж если ты у него ничему не научишься, так я и отцом твоим не хочу называться!’
Сын и у третьего учителя оставался ровнешенько год, и когда домой вернулся, отец опять его спросил: ‘Чему, сынок, выучился?’ Сын отвечал: ‘Дорогой батюшка, в этот год я научился понимать, что лягушки квакают’.
Тогда отец пришел в величайшую ярость, вскочил со своего места, созвал людей своих и сказал им: ‘Этот человек мне больше не сын! Я выгоняю его из моего дома и приказываю вам отвести его в лес и лишить жизни’.
Люди вывели его из дома в лес, но когда собирались его убить, жалость их одолела, и отпустили они его на все четыре стороны. А чтобы отцу доказать, что его приказание исполнено, они убили лань, отрезали у ней язык, вынули глаза и принесли их к старику-графу.
А юноша пошел путем-дорогою и пришел немного спустя к крепкому замку, в который и стал проситься переночевать. ‘Ладно, — сказал владелец замка, — если только ты захочешь переночевать в подвале старой башни, так ступай туда, пожалуй, только я предупреждаю тебя, что подвал полнехонек злых собак, которые и лают, и воют, не переставая, а по временам требуют, чтобы им сброшен был человек, и они его тотчас растерзывают’.
Он добавил еще, что весь околоток был этим бедствием напуган и опечален, и все же никто не мог ничего поделать.
Юноша, однако же, не испугался и сказал: ‘Спустите меня в подвал к этим злым собакам и дайте мне с собою что-нибудь такое, чем бы я мог их покормить, мне от них ничего не станется’.
Так как он сам выразил это желание, то ему дали с собой немного съестного про запас и спустили его в подвал башни к злым собакам.
Когда он туда спустился, собаки не стали на него лаять, а напротив, очень ласково завиляли около него хвостами, съели то, что он принес съестного, и не тронули на нем ни одного волоска.
На другое утро ко всеобщему удивлению он вышел из подвала цел и невредим и сказал владельцу замка: ‘Собаки на своем языке пояснили мне, почему они в том подвале сидят и весь околоток в страхе держат. Они заколдованы и вынуждены заклятием сторожить под этой башнею большой клад, и только тогда с них заклятие снимется, когда этот клад из-под башни достанут, а как это сделать, я тоже из их речей понял и выслушал’.
Все обрадовались, услыхавши это, а владелец замка сказал, что готов его сыном в семью к себе принять, если он счастливо выполнит это дело. Поэтому юноша снова спустился в подвал и, зная уже, что ему надлежит делать, выполнил все прекрасно и вынес на свет Божий сундук, полнешенек золота.
С той поры и воя, и лая злых псов не стало более слышно: они исчезли, и весь околоток был избавлен от великого бедствия.
Немного времени спустя пришло юноше в голову в Рим отправиться.
На пути пришлось ему проезжать мимо болота, в котором сидели лягушки и квакали. Прислушался он и, когда разобрал, что они говорили, то призадумался и опечалился. Наконец он прибыл в Рим, а там как раз около этого времени папа умер и кардиналы были в большом сомнении, кого они должны избрать папе в преемники.
Наконец они согласились на том, что папою должен быть избран тот, на ком явно проявится знамение благодати Божией.
И чуть только на этом порешили, как вошел в церковь молодой граф и вдруг слетели к нему два белых голубя и уселись у него на обоих плечах. Все духовенство признало в этом знамение Божие и спросило его тотчас же, желает ли он быть папою? Он был в нерешимости и не знал, достоин ли он такой чести, но голуби наворковали ему, что он может это сделать, и он отвечал утвердительно.
Тут его помазали и посвятили в папы, и тогда только выяснилось, что его так опечалило в речах придорожных лягушек: они ему предсказали, что он святейшим папой будет.
Вот и пришлось ему службу в соборе служить, а он ни в зуб толкнуть…
Ну, да спасибо, голубки выручили: сидели у него на плечах да ворковали — все до слова ему подсказали.
Пер. под ред. П.Н. Полевого
Печатается по изданию: ‘Сказки, собранные братьями Гриммами’, Спб, 1895.
Изд. ‘Алгоритм’, 1998.
OCR Палек, 1999 г.
Прочитали? Поделиться с друзьями:
Электронная библиотека