Очерки, Гердер Иоган Готфрид, Год: 1818

Время на прочтение: 4 минут(ы)

МЛАДЕНЧЕСТВО АВРААМА.

ИЗЪ ГЕРДЕРА.

Авраамъ воспитывался въ пещер, потому что тиранъ Нимвродъ грозилъ ему гибелью. Но и по мрак подземномъ сіялъ въ немъ лучъ Божества, Размышляя, спрашивалъ онъ самаго себя: ‘кто ‘мой Творецъ? ‘
Шестнадцати лтъ онъ оставилъ пещеру. Въ первый разъ увидлъ небо, землю и пришелъ въ восхищеніе. ‘Кто вашъ Творецъ?’ вопросилъ онъ существа, его окружавшія.
Взошло солнце: Авраамъ повергся ницъ предъ нимъ, ‘Вотъ Творецъ! сказалъ онъ: видъ его величественъ.’
Солнце вступило въ зенитъ и, опускаясь постепенно, наконецъ закатилось. Тогда взошелъ мсяцъ, и Авраамъ воскликнулъ: ‘изчезнувшее свтило не есть Господь Небесъ, не онъ ли сіе новое свтило, сонмомъ звздъ, управляющее?’
Но мсяцъ и звзды сокрылись, и Авраамъ остался одинъ съ своимъ сомнніемъ.—
Онъ пошелъ къ отцу своему и спросилъ его: ‘Кто есть Господь Небесъ и земли?’ — ара указалъ ему на своихъ идоловъ. ‘Я испытаю ихъ, думалъ Авраамъ и, оставшись одинъ, предложилъ имъ лучшія яства. Если вы истинныя Божества: то примите вашу жертву.’ Но идолы пребыли недвижимы.
‘И сихъ истукановъ, сказалъ отрокъ, признаетъ отецъ мой за боговъ?— Но, можетъ быть, я выведу его изъ заблужденія.’ Онъ взялъ жезлъ, разбилъ ихъ, исключая одного, которому вложилъ въ руку жезлъ, побжалъ къ ар. ‘Отецъ, произнесъ Авраамъ, твой первый богъ умертвилъ своихъ братьевъ.’
Гнвно воззрлъ на него старецъ и сказалъ: ‘Ты издваешься надо мною, отрокъ: могъ ли онъ это сдлать, будучи произведеніемъ рукъ моихъ?— ‘Не гнвайся родитель, возразилъ Авраамъ, и устреми слухъ къ вщанію устъ твоихъ. Ты не увренъ, что бы богъ твой могъ произвесть то, что сдлала рука моя, какъ же онъ можетъ быть творцемъ моимъ, твоимъ, земли и неба?’ — И ара умолкъ предъ мудростію отрока.
Но слухъ о семъ произшествіи дошелъ до Нимврода. Сей призвалъ Авраама и ркъ: ‘моему богу долженъ ты поклоняться отрокъ: или разженная печь пожретъ тебя.’ (Волхвы предсказали Царю при рожденіи Авраама, что онъ испровергнетъ идоловъ и уничтожить власть царскую. Посему Царь его и преслдовалъ.)
‘О Царь! кто богъ твой?’ — спросилъ неустрашимый отрокъ.
‘Огонь, сильнйшее изъ существъ.’
‘Огонь, возразилъ Авраамъ, погашается водою: вода превращается въ облако, облака разсваются втромъ, а втру противостоитъ человкъ. И такъ человкъ есть сильнйшее изъ существъ.’
‘А я сильнйшій изъ людей, сказалъ Царь, Воздай же мн божескую почесть: или раскаленная печь пожрешь тебя.’
Тутъ отрокъ возвелъ къ гнвному владык скромные взоры и сказалъ: ‘Я видлъ вчера солнце, по утру возходящее, а въ вечеру заходящее, повели, о Царь! чтобъ оно сего дни въ вечеру взошло, а по утру ниспустилось: и я воздамъ теб почесть божескую.’
И Авраама ввергли въ пламень.
Но сила огненная не повредила отрока: Ангелъ возпріялъ его въ свои объятія и наввалъ прохладу, подобно испаренію лиліи. Отрокъ изшелъ изъ пламени еще прекрасне, и Господь явился ему вскор, извелъ изъ Халдеи и посвятилъ своему служенію.
И Авраамъ содлался учредителемъ истинной церкви Божіей.

В. Бриммеръ.

‘Соревнователь просвещенія и благотворенія’, Ч. 2, 1818.

ДИТЯ МИЛОСЕРДЯ.

Изъ Гердера.

Всемогущій вознамрился сотворить человка, и созвалъ всхъ верховныхъ Ангеловъ.
‘Не создавай его!’ вщалъ Ангелъ Правосудія: ‘онъ будетъ несправедливъ противъ собратій строгъ и жестокъ противъ слабйшихъ.’
‘Не создавай его!’ говорилъ Ангелъ Мира: ‘онъ увлажитъ землю кровію подобныхъ себ, первородный сынъ его умертвитъ своего брата.’!
‘Онъ осквернитъ своею ложью святыню Твою!’ произнесъ Ангелъ Истины: ‘хотя бы Ты и создалъ его по собственному подобію Твоему.’
Они еще не престали говорить, какъ Милосердіе, юнйшее и любимйшее, дитя Предвчнаго, предстало предъ лице его. ‘Содлай его, Отче,’ сказало оно, ‘Твоимъ изображеніемъ, любимцемъ Твоей благости. Естьлибъ и вс исполнители воли Твоей оставили его:— ‘я стану помогать ему, самыя его погршности превращу во благо, и склоню сердце его къ жалости и состраданію, когда же онъ устранится отъ мира и истины, оскорбитъ, справедливость и правосудіе: тогда самыя слдствія заблужденія должны будутъ возвратить его на путь правый.
Всемогущій создалъ человка: слабое твореніе, но и въ самыхъ слабостяхъ своихъ воспитанникъ Благости, сынъ Милосердія и Любви, которая, никогда не оставляя, всегда исправляетъ его.
Вспомни, о человкъ! произхожденіе свое, естьли ты строгъ и жестокъ. Изъ числа всхъ свойствъ Божіихъ Милосердіе избрало тебя къ жизни, а Состраданіе и Любовь воспоили тебя млекомъ своимъ.

В. Бриммеръ.

СОЛНЦЕ и ЛУНА.

Изъ Гердера.

Дщерь красоты! убгая зависти: зависть низвергла Ангеловъ: она же помрачила и прелестное свтило ночи — Луну.
Предвчный изрекъ въ Совт своемъ: ‘да возсіяютъ два Свтила на тверди Небесной — Цари земли, вожатая круга временъ.’
Онъ рекъ — и исполнилось. Взошло Солнце, первое Свтило. Подобно жениху изшедшему на утро изъ своей храмины, подобно Герою, веселящемуся своимъ поприщемъ, явилось она облеченное блескомъ Божіимъ. Внецъ изъ всхъ цвтовъ сіялъ на чел его.: земля ликовала, травы испаряли благовоніе, цвты красовались лучшимъ убранствомъ своимъ.
Съ завистью взирало на сіе другое свтило, негодуя, что не могло помрачить его. ‘Къ чему, говорило оно съ досадою, возсдать двумъ Царямъ на одномъ престол? Почему я второе свтило — не первое?’
И свтъ его затмился. Разсясь, по неизмримому пространству воздуха, превратился въ сонмъ звздъ.
Мертвая блдность простерлась по лицу Луны. Стыдясь предъ всми свтилами, проливала она слезы: ‘Сжалься, Отецъ существъ, сжалься надъ оставленной!’
И Ангелъ Господень явился затмившейся: Онъ произнесъ слово судебъ: ‘Ты завидовала свту солнца, несчастная, и будешь за то впредь заимствовать отъ него свтъ свой, когда же земли станетъ впереди тебя, ты помрачишься въ половину, или совсмъ, какъ нын.’
‘Но не отчаявайся. Милосердый простилъ погршность твою и превратилъ оную во благо. Иди, рекъ онъ, иди къ несчастной и утшь ее. Возвсти ей волю мою: да содлаются слезы ея раскаянія целбнымъ бальзамомъ, исполняющимъ новою силою все попаляемое Солнцемъ.’
Луна утшилась и явилась въ томъ блеск, которымъ и нын красуется, она вступила въ тихое поприще, которое и нын свершаетъ, Царица ночи, предводительница звздъ. Оплакивая вину свою, сострадая каждому несчастію, она ищетъ, кого усладишь, ищетъ, кого утшить.
Дщерь красоты! убгай зависти: Зависть низвергла Ангеловъ: она же помрачила и прелестное свтило ночи — Луну.—

В. Бриммеръ.

‘Соревнователь просвещенія и благотворенія’, Ч. 3, 1818.

Прочитали? Поделиться с друзьями:
Электронная библиотека