Легенды и поверья о драгоценных камнях, Оссендовский Антон Мартынович, Год: 1914

Время на прочтение: 8 минут(ы)

Антон Оссендовский.
Легенды и поверья о драгоценных камнях

В жемчугах и сверкающих камнях земли сокрыта тайная сила звезд…
(Tabula smaragdina) Гермес

I

Гениальный французский химик Марсель Бертело, изучая историю химии с древнейших времен и до наших дней, уделил много внимания алхимии, говорившей, между прочим, и о драгоценных камнях, как о носителях таинственной силы вещества [М. Berthelot. ‘Les origines de l’alchimie’. Paris, 1885].
В распоряжение знаменитого ученого были предоставлены национальной библиотекой св. Женевьевы драгоценнейшие документы, ясно определяющие взгляды людей древности, первых веков христианства и Средневековья на драгоценные камни, игравшие в жизни не только отдельных людей, но и народов, подчас важную роль.
Ученые экспериментаторы и мыслителе тех эпох, в поисках подтверждений создаваемых ими предположений о происхождении и значении драгоценных камней, прибегали к метафизике, а еще чаще к тем туманным преданиям, которыми окружены переливающие огнями и спорящие со светом солнца самоцветные камни, окупаемые кровью и потом человечества всех эпох и всех народов.
Наибольшее число легенд и поверий, связанных с драгоценными камнями, дал человечеству восток Азии, где ранее других были известны драгоценные камни и притом великолепнейшие из них. Повторение этих же легенд можно встретить в Китае, у бурят на Байкальском озере и на Урале, куда они занесены киргизами из Тибета.
Бертело, изучая все эти легенды, делит их на две группы: индо-персидскую и индо-китайскую, причем в обе группы входят мифы о солнце, земле, воде и человеческих страстях, как элементах, составляющих внешнюю (материальную) и внутреннюю (духовную) жизнь.

II

У всех людей во все периоды истории особым почетом было окружено солнце, как сила, дающая видимому миру жизнь и движение, а потому и самый редкий из камней — алмаз — посвящен солнцу. По-китайски алмаз — ‘Жито-ши-то’, ‘камень-солнце’, — даже носит название главного светила нашей системы, а древние славяне посвятили солнцу привозимый ‘от варягов’ авантюриновый полевой шпат, назвав его ‘солнечным камнем’. У германских племен, у жителей древней Мексики и у австралийцев солнцу посвящен опал (солнечный или пламенный многоцвет). У народов тюркской группы в честь солнца именуют ‘лучистыми хрусталями’ топазы и прозрачные кварцы.
Относительно последних, во времена Троянской войны было уже известно, что некоторые из этих кристаллов любимы богиней Фемидой. Это были кварцы с включениями зеленого амианта. Из таких камней особо почитаемые жрецы и судьи носили амулеты в виде наконечника стрелы. Такой амулет делал человека бесстрастным, что было особенно важно для лиц, чинящих суд и расправу. У архонтов на груди в особо торжественные для висели дощечки с амулетами из кварца, пронизанного ‘волосами Фемиды’, зеленоватыми жилками амианта.
И в древнем Риме среди жрецов и царей пользовались большим почетом амулеты, известные под именем ‘венериных волос’.
Это куски того же прозрачного кварца с прожилками минерала — красного рутила, привозимого предприимчивыми людьми или воинами во времена северных походов из земли галлов. Обилие таких амулетов и, одновременно, исчезновение их культа наблюдались во времена Цезаря, когда победоносные воины римских легионов привезли из земель, расположенных по обе стороны Альпийского хребта, много прозрачного хрусталя с крупными включениями посторонних минералов.
Весьма поучительны два индийских мифа о происхождении алмаза и опала, как признаков обожествления солнца. В книге ‘Нардразаран’ [The Indian Cults of Extensivity‘. Boldt, 1906] есть песня ‘Раджманаэльколь’, где целиком встречается древний греческий миф о Прометее, похитителе небесного огня.
‘Некий муж Тулув из воинственного племени ‘брагуи’, — повествует миф, — дерзнул вступить в бой с Великим Стражем, охраняющим на вершине Гисл-Нгара огонь, вечно пылающий перед троном Всевластелина. Тулув свергнул Стража в горную расселину и, схватив огонь, понес его в долины и на поля своей родины. Но Всевластелин послал за Тулувом в погоню злых духов — доров, — и они настигли его в узком ущелье. В жестокой сече с дорами Тулув получил смертельную рану, но не хотел сдаться врагам, и кровью своей начал тушить похищенный небесный огонь. И каждая капля его крови, падая на огонь, превращалась в твердый, белый камень с горящими внутри огнями. Эти камни глубоко запрятались в землю, но их находят люди и, вместе с богатством, получают таинственную силу и счастье’.
Словно продолжением этого древнего мифа служит другой миф, совершенно одинаково изложенный Tiffoldon’ом по санскритским источникам и Scheprhasen’ом [См. Schroder, ‘Gruhdriss des Indoarisch. Philologie‘, 1899] по персидским легендам ‘агай’. В одной из ‘упанишад’ говорится, что воин и певец Магха, похитив огонь и погибая под ударами ‘доров’, действительно залил своей кровью похищенное пламя и, умирая, призвал в свидетелей своей смерти в борьбе за благо людей добрых гениев, Калиан. Одна из Калиан, прекрасная Джадда, полюбила умирающего героя и горько оплакивала его кончину. Ее падающие на землю слезы каменели, и в них переселилась часть огня из алмазов, происшедших от крови Матхи (Тулува!) и небесного пламени, похищенного им. Эти окаменевшие слезы — опалы.

III

В персидском народе до настоящего времени сохранилось, по-видимому, очень старое название опала: ‘камень огненных слез’.
В храме Бейта-дзы, в Мукдене, в западной стене, вделан большой камень с вырезанным на нем очень примитивным, а следовательно, и древним рисунком, изображающим столкновение двух светил, из которых одно — солнце.
Художник показал, что от солнца при этой катастрофе отлетел целый дождь осколков, и все они упали на землю, прожгли ее поверхность и глубоко ушли в недра земли. Если сопоставить с этим рисунком легенду о солнечном камне, как это делает DelbrЭck, то можно увидеть между ними непосредственную и тесную связь. По этой легенде, в третий год царствования над древним Пэ-Синем [Китаем] династии Мин-Сит-Айто, находящейся на грани мифических времен, все народы были устрашены необычайным небесным явлением, когда на солнце упало какое-то тело, вызвавшее взрывы на яркой поверхности светила. Осколки его упали на землю и превратились в ‘жито-ши-то’, т. е. камни солнца или алмазы.
В Березовской даче на Урале, как известно, найдено было довольно значительное количество хотя и мелких, но весьма чистой воды алмазов, по своим качествам не уступающих капским и бразильским сортам. И среди местных старожилов до настоящего времени сохранился рассказ о том, как однажды туземец-промышленник в поисках золота призвал на помощь нечистую силу [Гребецкий, И. О. ‘Урал и его историческое прошлое’]. Дело было в мрачных ущельях Большого Таганая за ‘Откликным Гребнем’. Туземец вдруг увидел огромного черного человека, горделиво раскинувшегося на скале. Ударом грома показались туземцу слова великана, когда он назвал ему речку, Бискат-Аймат, и приказал ему искать там ‘искры солнца’, — алмазы. Скала эта и до настоящего времени показывается старожилами за ‘Откликным Гребнем’ (рис. 1).

0x01 graphic

Рис. 1. ‘Чертова скала’ в Большом Урале.

Среди египетских письмен есть одно, наименование которого Менкаура — камень твердого солнца [Brugsch, Е. ‘Aegyptologie] — вероятно, по общепринятому толкованию египтологов — алмаз. Жрецы мемфисского толка приписывали этому камню чудесное свойство ‘ужасом усыплять’ человека. Для этого (по Brugsch’у) алмаз клали в ящик, наполненный землей, привозимой из Тейдобы, и оставляли в ней на целую ночь новолуния.
Потом камень вставляли в стену совершенно темной комнаты и вводили человека для опыта.
Оставшись в одиночестве, человек вдруг замечал, что из угла комнаты к нему с необычайной скоростью стремится яркое острие (рис. 2-й).

0x01 graphic

Рис. 2. Острие, излучаемое алмазом.

В ужасе он оставался неподвижным. Таким образом был наказан фараон Аменомхаат III, подвергнутый мучениям длительного страха, после чего он онемел [Meltier, H. ‘Aegyptologie].
В настоящее время наука дала объяснение этому ‘чудесному’ явлению. Земля из Тейдобы была, вероятно, радиоактивной, а, как известно, лучи радия и тория вызывают в алмазе и в некоторых драгоценных камнях свечение.

IV

Целый ряд камней, по одному своему виду, дал повод к созданию легенды о происхождении их из воды. Таковы синие и голубые сапфиры, аквамарины и аметисты. Их цвет и прозрачность напоминают воду различных оттенков.
Бразильская легенда о том, что задолго еще до Колумба и до знакомства европейцев с Новым Светом, в Бразилию прибыл на челне неизвестный человек с мечом у пояса и злыми глазами на худом и порочном лице, — очень интересна. Пришелец был чужестранцем, и туземцы боялись его и избегали, но он говорил их языком и умел проникнуть повсюду, где собиралась толпа. Чужеземец говорил, что скоро прибудут из-за моря белые люди и принесут с собой новую веру, из-за которой убивают людей и жгут селения. Он призывал дать отпор пришельцам и бороться с новой верой. А когда пришли христианские монахи и начали проповедовать слово Божие, чужестранец соскочил с высокой скалы в мере и ушел под воду. И от падения этого человека от берега отхлынул океан и не вернулся.
Остались лишь прибрежные пещеры (гроты Дель-Сольвенец), далеко идущие под землей, а в них на дне остались следы бившихся здесь волн, а на сводах — сверкающие капля вдруг окаменевшей воды. Это были сапфиры, аквамарины, синие бериллы и фиолетовые аметисты, из-за которых в очень скором времени начались раздоры между туземцами и пришельцами, кровавые бои, измена и предательство с обеих сторон. Так отомстил страшный пришелец за неповиновение ему и за отказ туземцев Бразилии бороться с верой Христовой, ибо был это дьявол (рис. 3-й) [Pablo Lopez. ‘Historia Americana Christianismi’, 1775].

0x01 graphic

Рис. 3. ‘Дьяволовы пещеры’ — грот Дель-Сольвенец в Бразилии.

С этой легендой сходны легенды о связи чувств людей и различных камней. Без сомнения, наибольшее число легенд относится к рубину — камню крови и любви, и к изумруду — камню ненависти и осторожности.
Все предания, как индо-персидской, так и индо-китайской груш, весьма между собой сходны — и говорят, что эти красные, как кровь, камни родились при первой встрече двух начал — небесного и земного, — в чем, например, Schiffier видит первые элементы представления о двух полах, другие сказания повествуют о том, что рубины — это капли крови, пролитой, по египетскому мифу, великим Ра, убившим за неповиновение ему своего внука Шу.
В египетских папирусах и на глиняных пластинах встречается ряд указаний на способ гадания при помощи рубина.
‘Выйдите в ночь полнолуния, — переводит Brugsch [Brugsch, E. ‘Aegyptologie’] одно из таких повествований, — на берег моря и отдайте свою лодку во власть волн, прилива и отлива. Потом, когда скроется вдали берег, наведите на яркую луну красный камень ‘габ’ [Mornier считает, что габ — это рубин] и произнесите трижды слово ‘Ра’. Вы узнаете тогда, что, если вы любимы, на светлом лике луны закопошатся темные пятна и образуют две припавшие друг к другу головы’ (рис. 4-й).

0x01 graphic

Рис. 4. Вид луны при гадании ‘габ’.

Из истории известно, что Нерон в качестве лорнета употреблял шлифованный изумруд. Такое применение изумруда не было случайным, но имело освященное преданиями и поверьями основание.
Занесенное, вероятно, из Индии предание гласит, что, если взглянуть на уходящего человека сквозь изумруд, можно узнать, злоумышляет он или нет. Над головой человека видна тогда грозящая и проклинающая рука (рис. 5-й) [Drkoff. ‘Grund. des Beschocrungs’].

0x01 graphic

Рис. 5. Грозящая и проклинающая рука, видимая сквозь изумруд.

Бэльсфорд в своем путешествии по Сиаму описывает (‘The Adventure of Siam’, 1885), что в одной из пагод бонзы установили культ изумруда, называя его ‘блеском грани жизни’. В этом храме происходят исцеления припадочных, сумасшедших и ‘бесом одержимых’. Для этого в слабо освещенном приделе огромной пагоды перед глазами пациента быстро вращают огромный изумруд, образующий световые круги с яркой точкой в центре. Очень скоро больной впадает в транс и долго спит. После нескольких таких сеансов, припадки ослабевают и случаются реже. Интересны утверждения бонз, что возле человека, впавшего в состояние оцепенения, сидит и стережет его смерть, и тогда достаточно вспугнуть его, внезапно разбудить, чтобы смерть кинулась на него и прекратила его существование (рис. 6-й).

0x01 graphic

Рис. 6. ‘Блеск грани жизни’ (лечение припадочных изумрудами в Сиаме).

Целый ряд второстепенных драгоценных камней (тигровый, кошачий, птичий, рыбий глаз и др.) имеют также свои легенды, но они мало характерны и, глазное, гораздо более позднего происхождения, чем приведенные выше.
Кроме этих легенд и поверий, каждый сколько-нибудь известный драгоценный камень имеет свою историю и подчас очень древнюю, как, например, история Ко-и-нора, но эти предания не мифологического или ритуального происхождения, а потому не относятся к теме настоящего очерка.

———————————————

Впервые: Новое слово. 1914. No 6.
Прочитали? Поделиться с друзьями:
Электронная библиотека