Дети дома и в гимназии, Розанов Василий Васильевич, Год: 1900

Время на прочтение: 4 минут(ы)
Розанов В. В. Собрание сочинений. Юдаизм. — Статьи и очерки 1898—1901 гг.
М.: Республика, СПб.: Росток, 2009.

ДЕТИ ДОМА И В ГИМНАЗИИ

Отмена баллов, как средства оценки учебных занятий и как побудителя к ним, прошла совершенно спокойно во многих высокообразованных западных странах. У нас проект этой отмены вызывает много сомнений. Полезно внимательнее рассмотреть их.
Балл, выставленный учителем в классном журнале и повторяемый им в дневнике ученика, который им приносится домой и показывается родителям, есть незаменимое средство квиетизма как учителя, так и родителей, и наконец самого ученика. При ревизии учитель всегда может показать ревизору классный журнал, и на все готовые упреки и упреки заслуженные ответить: ‘Я спрашиваю учеников’. Преподавание сводится главным образом к спрашиванию уроков и к правильной, беспристрастной оценке ответов баллами. У многих учителей их педагогическое искусство сводится к системе спрашиванья, именно к придумыванью такого способа, чтобы ученик не задремал или не обманул, чтобы он готовил урок каждый день или почти каждый день. Самая плохая система — это спрашивать учеников поочередно, причем каждый ученик, однажды спрошенный, успокаивается на несколько дней, когда, наверно, не будет спрошен. Лучше этой — система, при которой после спрашиванья урока ученик немедленно на следующий урок или через один урок — спрашивается. Но и к этому ученик приноровляется: спрошенный, он еще два дня подряд готовит уроки, и когда учитель окончательно убедится, повторными опросами, что ‘этот благонравный мальчик ежедневно готовит уроки’, — тут-то он и засыпает. Отсутствие всякой системы в порядке спрашиванья уроков не может быть, бесконечно варьироваться эти системы тоже не могут, непременно ученики выглядят систему, изучат, приноровятся к ней и непременно из всей суммы годовых уроков они половину не готовят.
Между тем они сами и их родители при этом совершенно спокойны. Самому взыскательному оценщику, самому суровому ментору и, главное, своей собственной совести они ответят: ‘Что же мы можем еще сделать? Мальчик учится удовлетворительно: у него удовлетворительные баллы, и было бы грешно желать еще чего-нибудь большего. Может быть, учитель снисходительно выставляет баллы, но это маловероятно, учителя все теперь строгие, да и наконец — это уже его ответственность, а не наша’. Перейдет ли он в следующий класс? — ‘Не абсолютно верно, но почти верно, что перейдет’. — Кончит ли курс? — ‘Это сомнительнее, но и в следующем классе он постарается приносить домой удовлетворительные баллы. Только через три-четыре года ученик вдруг оказывается ‘неуспевающим’. И удивительно: он теперь надрывает все силы, жилится изо всех сил, он никогда так не старался — и между тем приносит домой, в шестом или в седьмом классе, двойки. Наконец он окончательно не успевает и исключается. Что же случилось? Самая простая вещь: он не учился или учился с легким обманом, как решительно все ученики, в третьем и четвертом классе, и это отразилось в шестом, когда он уже ничего не в силах поправить. Тогда, в третьем и четвертом классе, и он сам знал, да и родители сквозь пальцы видели, что он не каждый вечер равно усердно приготовляет уроки, что он то нервно зубрит их, то вовсе гуляет, или только слегка просматривает уроки, но как баллы шли ему удовлетворительные, то и он сам не тревожился, и родители не имели причины к тревоге или придиркам, или упрекам.
Таким образом, балльная система есть система квиетизма, которая заканчивается несчастьем. Она создает личину дельности, под которою может скрываться полное безделье. Учителя не знают настоящим образом занятий учеников, ученики отучаются от ровного темпа занятий, родители складывают руки и ограничивают труд воспитания просмотром за неделю отметок, и подписью своей фамилии под ними: ‘Читал такой-то’. Расплата за все это поступает поздно, через три года, через четыре года, когда дело решительно непоправимо. Тут родители выходят из себя: боль за сына, негодование на сына, страх за сына и наконец жалость к сыну — чередуются в душе и вызывают смятение в семье и страшный ропот на учителя, на гимназию, на всю учебную систему. Между тем роковая причина лежит в балльной системе, за которую так цепко держались родители, учитель, сам ученик и министерство. Она всех обманула и всем повредила, ученика же погубила. Она успокаивала, заставляла смежать глаза, отдаляла тревогу, за что ее все любили, и обманывает в последний час, когда опять же обвинение рушится не на нее, а разражается личностями и против личностей.
Отмена балльной системы не только не обещает успокоения родителей и учеников, но, напротив, учеников и родителей она вызовет к самым серьезным тревогам, но не нервным и минутным, не к отчаянью, как теперь, а к тревоге в смысле постоянного беспокойства, как и насколько усваивается учеником предмет, в полном его курсе.
Теперь ученик притаился со своим невежеством. Урока он не знает, объяснений учителя он не слушает, и только помнит, что вчера и третьего дня был спрошен. Самому ему о чем-нибудь спросить учителя и в голову не придет. При уничтожении балльной системы, очевидно, ученику придется не только готовить уроки и слушать в классе, но комбинировать свои домашние и классные занятия таким образом, чтобы ему был известен проходимый в этом году курс. Известен ему этот курс или неизвестен — ученик внутри себя отлично знает, как и теперь он это знает. Но теперь он успокаивается баллом. Тогда не будет этого успокоения, и тревога или забота его разольется ровным темпом. Про себя он отлично будет знать, какие части курса слабы, и постарается поправить их в праздник, на Рождестве, через опрос учителя на уроке, через внимательнейшее слушание объяснений. С другой стороны, и родители, видя, например, лень ученика, вынуждены будут не ограничиваться чтением его недельных баллов, невыговором, замечанием, бранью или, в грубых семьях, ‘колотушкою’ по адресу ‘двоечника’, а настоящею заботою воспитания, строгости, приучения его к труду и к дисциплине. Семье будет гораздо труднее, но зато и дети ее будут гораздо обеспеченнее от непредвиденных несчастий, от роковых в будущем затруднений.
И мы думаем, отменою или попытками отмены балльной системы министерство народного просвещения все дело воспитания в стране вывело бы на добрый путь.

КОММЕНТАРИИ

НВ. 1900. 26 окт. No 8860. Б.п.
Прочитали? Поделиться с друзьями:
Электронная библиотека